Сакура не предпринимала активных действий. Это как успокаивало, так и пугало одновременно. Импульсивность была обычным делом. Все уже давно к ней привыкли и перестали удивляться её активным проявлениям. Особенно доставалось Наруто, который в виду своей прямолинейности и вечной гиперактивности чаще всех попадал под раздачу. Сакура совсем его не щадила. Часто светловолосый получал не только за свои проказы и безответственность, но и за всех остальных, если оказывался не в том месте и не в то время. А такое случалось довольно часто.
Сейчас же Сакура стала гораздо менее эмоциональной, по крайней мере при взгляде со стороны. Видимо, так на куноичи повлияли тренировки с наставником. И дело тут было даже не в характерном примере Цунаде, ведь она тоже в проявлении эмоций особо никому не отказывала. Временами даже вела себя несколько вульгарно и чересчур ярко, в дни особенной «удачи», о которых Коноха узнавала буквально за несколько мгновений. За такими днями по пятам обязательно шли дни «неудачи», готовиться к которым все начинали заранее, с некой опаской взаимодействуя с саннином в периоды её приподнятого настроения.
Сакура брала от своего наставника лучшее: знания и уверенность в себе. Училась умению организовывать своё обучение самостоятельно в те времена, когда Цунаде была занята. На этом фоне становилась более сдержанной, ныне видя картину мира чуть шире: теперь эмоции зачастую шли в тандеме с логическим мышлением, а не доминировали над ним.
Вообще, я себе всё это скорее надумал. Наедине со мной Сакура всегда была не такой уж и бойкой, часто начинала говорить тише и неувереннее, тщательнее подбирала слова и никогда не торопилась. И изрядно нервничала, что невозможно было не заметить. То и меня касалось, хоть и выражалась нервозность иначе. И сама суть проблемы наших взаимоотношений заключается в одном: как и когда куноичи реагирует на происшествия и часто неблагоприятные для меня мои же решения. Жалость – чувство, которое возникает чаще у сильного к слабому. Или же в паре, где слабы оба. Она одинаковая в обоих упомянутых случаях, но другая - тогда, когда сильный смотрит на сильного. Мы не из последних, а значит я в любом случае являюсь слабаком.
Принимать помощь не трудно и не зазорно, но она должна мотивировать. Это похоже на некий договор, даже скорее на бартер. Когда принимаешь помощь от равного, остаёшься должен человеку, проявившему доброту по отношению к тебе. И должок вернуть обязан, когда наступит время. Как бы не раздражал Наруто, до определённого момента наши с ним взаимоотношения были как раз такими, может даже и сейчас похожими остаются. Но в случае с Сакурой – я ничего не могу дать ей взамен. Она всегда приходит в момент самых сильных переживаний, многократно усиливая чувство беспомощности. Даже если говорить о сегодняшнем дне – просто спасти ей жизнь в будущем будет недостаточно, чтобы вернуть долг. Нужно испытывать в душе по отношению к ней нечто особенное, но я просто не в состоянии этого сделать. Вот главная причина резко возникающего раздражения.
- Харуно Сакура требует от меня слишком многого.
- Мне снова признались в любви, - мы с братом сидим во дворе нашего дома после ужина, свесив ноги с высокой энгавы. Созерцаем на закате наш небольшой, но очень уютный сэкитэй, - не очень приятно смотреть на их лица в слезах, когда они получают отказ. Зачем они это делают?! – вопрос искренний, пусть и может показаться глупым. Но не раз задавая его самому себе, я так и не нашёл вразумительного ответа.
- А-ха-ха-ха-ха-ха, - Итачи благодушно и громко рассмеялся, заслышав моё детское непонимание и повернулся ко мне, встречаясь с искренне недоумевающим выражением лица, что веселило его не меньше, - Как зачем?! Вероятно потому, что они тебя любят! Каждая по-своему, но все одинаково. Не думаешь, что всё настолько просто?! – собеседник расплылся в улыбке, но от его разъяснений понятнее ничего не стало.
- А что значит – любить? – смотрю ему в глаза с таким видом, будто от ответа на этот вопрос зависит благополучие не только нашей семьи и клана, но и всей деревни.
- Ну-у…хм… - Итачи переводит взгляд в сторону сада, представая личностью задумчивой, а жёлто-алые цвета заката добавляют ему ещё больше загадочности.
- Любить – это быть честным. Любить – это быть готовым на всё ради того, кого любишь, и не просить ничего взамен. Любить – это когда сердце замирает даже при мысли о человеке, к кому ты испытываешь подобные чувства. Любить – это когда ты не можешь уснуть, потому что образ этого человека не выходит у тебя из головы. Любить – это когда человек мотивирует тебя становиться лучше, но при том не делает ничего особенного, а лишь остаётся самим собой. Любить… - брат погружается в себя, от чего возникает необходимость вернуть его в реальность.
- А это всё вместе должно быть или как?! Я стараюсь всегда быть честным! Ну и взамен часто ничего не прошу, мне это обычно не нужно, - спрашиваю, подождав продолжения некоторое время. Старший Учиха говорил о чём-то, что было за гранью моего понимания. Чувства, которые он описывал, были очень глубокими и важными, судя по интонации его голоса. Он говорил не спеша, делая паузы и расставляя акценты, но с каждым словом моё недоумение становилось лишь крепче. Он говорил о тех чувствах, которые я никогда и ни к кому не испытывал.
- И да, и нет, - ответ вновь пришёл отнюдь не сразу. Широкая и мягкая ладонь легко треплет мои волосы, превращая их в ещё большее бесформенное нечто, - не переживай: обязательно наступит время, когда тебе станет понятна суть моих слов. Ты убедишься в том, что иначе это чувство никак и не опишешь. Описать любовь одним словом не представляется возможным, - брат вновь заулыбался.
- Ну, спасибо… - голос звучит недовольно, ведь расчёт был на гораздо большую конкретику в ответе. Съёживаюсь, пытаясь улизнуть от вездесущей руки брата.
И к чему я это всё вспомнил именно сейчас?! Сакура сидит передо мной с видом виноватой. Виновата ли она на самом деле? Безусловно. Ей будто доставляет удовольствие наблюдение за моментами, когда я слаб и обессилен, когда стараюсь изо всех сил и у меня не получается. Она ведёт себя нечестно. Требует обратить на себя внимание, но гордость не позволяет мне этого сделать. Что там происходит у неё внутри, в душе – не имею ни малейшего понятия, ведь заглянуть туда я не могу. Она часто говорит о чувствах других. И мне тоже становится её жаль, что злит ещё больше.
Меняется настроение и общий вид, укрепляю в мыслях уверенность в своей правоте. Приподнимаю голову вверх, взгляд пробегает от розовой макушки напарницы до грязных коленей, сверху вниз, после чего возвращается к её лицу.
- Переживаете, говоришь? – голос твёрд, с толикой провокации, - видимо поэтому Какаши больше не хочет меня обучать, да?! Так распереживался о моём благополучии, что предпочитает игнорировать своего подопечного, за которого он взял ответственность, постоянно убегает и не может даже толком объяснить причину подобного поведения. Наверняка, всё только для того, чтобы малыш Саске был цел-здоров! – нервный смешок.
- К Наруто вот вопросов нет. Ну, почти. Он хорошо справляется, хоть и с помощью наставника. Просто ему повезло, а мне – нет, - перед глазами лицо Итачи, - про брата вообще слышать ничего не хочу. Он прямо как Какаши: нормально объяснить ничего не может. То ли намеренно корчит из себя великого мыслителя, чтобы надо мной поиздеваться, то ли настолько глуп, что не может ответить чётко и по делу: дать конкретные ответы на конкретные вопросы. Говорит загадками, разгадывать которые нет ни сил, ни времени, - остаётся самое сладкое.
- Что касается тебя, Сакура, – с трудом встаю и через силу возвращаюсь к куноичи. Приседаю на корточки, равняясь с ней лицом к лицу, - признайся, ты ведь с сенсеем заодно. Но тебе просто нравится испытывать ко мне жалость. Наблюдать за тем, как в моменты слабости, я, как жалкий дождевой червь, извиваюсь в грязи, не в силах что-либо сделать, чтобы воспротивиться воздействию извне. Раз за разом должен смиренно принимать эту жалость как должное, - склоняю голову чуть на бок, пронизывая взглядом смоляно-чёрных глаз Харуно насквозь.
- Почему, например, у тебя не возникает мысли помочь мне с тренировками сразу, а не постфактум? Ты наблюдательна и уже давно поняла, что к чему. Если лечить мои раны при первой возможности, то в употреблении такого количества пилюль не будет необходимости, но что-то всегда останавливает тебя в принятии подобных решений. Сейчас скажешь, что то, чем я занимаюсь – это неправильно, - ни на долю секунды не отвожу взгляд, хотя пару раз хотелось закатить глаза.
- Объясни же тогда, Сакура, как мне достичь поставленных целей?! Что я должен делать, по-твоему?! – чуть подаю всё тело вперёд, оказываясь практически вплотную к напарнице. Голос звучит будто бы тише, но в то же время остаётся звонким. Напоминает змеиное шипение.
- Как это - правильно?! А-а-а, Сакура-а-а?!
Отредактировано Uchiha Sasuke (2025-12-22 12:51:52)
- Подпись автора
Сакура - лечит, Саске - калечит.
