Генма сошел с корабля практически первым, легко, почти бесшумно, однако легкости в мыслях не было и в помине. Эта миссия начинала отдавать той самой неприятной смесью спешки, недоговоренности и политической скверны, которую он терпеть не мог. Все становилось сложнее, мутнее и, что самое неприятное, требовало действовать быстро на территории, где у них не было ни официального права находиться на охоте, ни гарантии, что письмо, отправленное в спешке перед отплытием, вообще дойдет до нужных рук раньше, чем они уже успеют вляпаться во что-нибудь достаточно крупное.
Мокрые доски причала тихо скрипнули под подошвами, воздух здесь был другим, более плотным, соленым, холодноватым. Он не любил находиться в Стране Воды, не зная, что их ждет. Генма, коротко окинув взглядом берег, сразу понял, насколько сильно ему не нравится весь дальнейший расклад. Конечно, шиноби имели право путешествовать где угодно, кроме, пожалуй, закрытых стран, но в Стране Воды все равно можно было нарваться на неприятности несмотря на то, что их деревни не воевали. Но тем не менее.  Страна Воды и сама по себе не располагала к расслабленности.
И все же выбора у них не было, потому что отпускать такого человека только ради того, чтобы сохранить видимость дипломатической чистоплотности, было бы еще большей глупостью, а за глупость в их работе платили слишком дорого. Их цель скупала тела и свитки с телами на черных рынках, и это выглядело очень скверно даже в донесениях. Генма пожалел, что они были сейчас не всей командой. Ладно, разберутся.
Он поправил протектор, почти машинально перекатил цяньбэнь во рту и бросил быстрый взгляд на Райдо. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять - напарник думает примерно о том же самом, только, возможно, куда менее дипломатично по формулировкам. Ширануи вообще не был склонен к панике, но в таких ситуациях всегда особенно отчетливо ощущал, насколько тонка грань между “выполнением срочной задачи” и “международным инцидентом”.
Погоня длилась уже слишком долго, чтобы позволять себе роскошь усталости. Генма продолжал прокручивать маршрут цели снова и снова, пытаясь понять, почему тот так уверенно тянул именно на восток и почему вообще рискнул уйти сюда. Разве только не рассчитывал, что именно тут они либо потеряют его след, либо не решатся продолжать без официального прикрытия. Судя по всему, информатор был не просто шустрым скупщиком грязных сведений, а человеком, который прекрасно понимал, как устроен мир шиноби.
Генма мысленно почти уважал его за расчетливость, но исключительно мысленно, потому что на практике ему хотелось только догнать его и допросить. Портовый городок был не из крупных, и это скорее радовало, чем наоборот, потому что меньше глаз, меньше ненужных вопросов. Однако Генма еще сомневался, стоит ли им обращаться к шиноби Кири и вообще тратить на это время сейчас. Времени особенно не было.
Они будут действовать вслепую, без нормальной карты местных передвижений, без контакта, без права на ошибку. Это был риск, который обязан был принимать любой шиноби. Он тихо выдохнул через нос, сдерживая раздражение не на ситуацию даже, а на ее неизбежность. На прошлом экзамене Ибики, как он слышал, толкал перед генинами речь об этом самом выборе и его неизбежности. Сбор информации для Империи Демонов - все это уже само по себе было слишком тревожным слухом чтобы закрыть на него глаза, а если позволить этому человеку уйти обратно с добытым, значит потом ловить последствия придется где-нибудь у себя дома.
Генма чуть повернул голову к Райдо и криво усмехнулся, без особого веселья.
- Погнали. Когда нам было легко.
После этого он уже не тратил время на лишние слова, только качнул головой в сторону берега, показывая, что пора двигаться. Цель вряд ли будет задерживаться в этом крохотном поселке, но для разнообразия он отправил Намиаши потолковать и проверить таверну и единственный небольшой мотель. Сам он, не тратя время, выдвинулся на дороге – они договорились пересечься, прочесав местность на приметной точке – маяке на скале где-то в километре от поселения. Генма опасался лишь одного – того, что цель неплохо знает территорию и почешет в какой-то из других портов, пока они пытаются уловить его след. Жаль, конечно, они были без Аобы – он написал в Коноху еще и за этим, но пока приходилось искать своими силами.

Туман сомкнулся вокруг так плотно и быстро, что Генма сразу понял, что это техника. Ширануи, успевший лишь немного продвинуться в сторону маяка, почти сразу сбросил с себя остатки той относительной расслабленности, которая еще держалась в нем. Его пальцы сами собой легли на рукоять куная прежде, чем он окончательно остановился, и движение это было настолько привычным, отточенным годами, что даже не требовало отдельной мысли.
В чужой стране и тем более в Стране Воды, промедление было опасно, возможно смертельно. Он готовился к самому неприятному варианту, в котором говорить уже будет поздно, а первое, что придется делать, это бить, ломать дистанцию и пытаться выжить, пока туманники не разберутся, кто ты и зачем сунулся под их нос.
Он не знал, сколько их. Не знал, стоит ли перед ним один шиноби, целый патруль или кто-то, кто вообще не имеет отношения к Кири, но очень уж удачно решил воспользоваться их местными приемами. В таком тумане преимущество всегда было у хозяев местности.
Сенбоны уже были готовы в пальцах другой руки. Если противник сунется ближе, если выдаст себя шагом, всплеском чакры или шорохом одежды, Генма собирался вбить их в землю под нужным углом и поднять атакой в ноги.
Бой с шиноби Тумана, каким бы привычным он ни казался по рефлексам, сейчас был последним, что им нужно. Когда за спиной прозвучал голос, спокойный, но достаточно холодный, чтобы не оставалось сомнений, что его уже держат на прицеле, Генма только сильнее сжал кунай.
Генма не дернулся и не попытался мгновенно развернуться, прекрасно понимая, что в такой ситуации слишком резкое движение будет прочитано не как нервозность, а как начало атаки. Он выдохнул сквозь зубы почти неслышно, давая себе лишнюю секунду на оценку, а затем ответил ровно, не повышая голоса.
- Ширануи Генма, Конохагакуре, токубецу джонин, - произнес он отчетливо, чуть повернув голову в сторону голоса, но все еще не делая резких движений. - И прежде чем ты решишь, что это удобный повод утопить меня в ближайшей канаве, советую выслушать до конца. Мы здесь на миссии, и это не против Киригакуре.
Он нарочно сказал "мы", давая понять, что пришел не один, но не уточняя ничего лишнего. Он надеялся, что тумманник - или команда - подумают, что с ним тоже команда. Делать из Райдо отдельную мишень Генма не собирался, так что нужно было… напустить тумана.
- Мы идем по следу человека, который работает с черным рынком, скупает свитки с телами шиноби и собирает сведения для чужой стороны, - продолжил он, теперь уже чуть жестче, потому что именно здесь, как ему казалось, должен был появиться первый настоящий шанс достучаться до здравого смысла собеседника. - Есть основания считать, что он связан с разведкой Империи Демонов. Если это так, то он опасен не только для Конохи и не только для Страны Огня.
Генма наконец чуть развернул корпус, так, чтобы не стоять совсем уж спиной к невидимому собеседнику, но и не делать вид, будто готов в любую секунду рвануть вперед. Кунай он не убрал.
В тумане Киригакуре доверие рождается очень медленно и желательно уже после того, как все пережили первые пять минут разговора.
Но драться сейчас было совсем не с руки. Цель могла сбежать.
Он помолчал короткое мгновение, вслушиваясь не только в чужое молчание, но и в сам туман вокруг, пытаясь уловить, не двигается ли кто-то еще, не смыкается ли вокруг него кольцо, не пошли ли шаги сбоку.
- Насколько я помню, Кири тоже не любит охотников за телами.
Генма не обманывал себя - если ответом сейчас станет атака, он ударит при первой же возможности, потому что умирать в чужом захолустье, даже не успев толком понять, из-за чего именно, он не собирался.

Генма не сразу убрал кунай, даже когда туман стал понемногу отпускать пространство вокруг них, потому что готовность чужого шиноби к разговору еще не означала безопасности. Особенно если речь шла о шиноби Киригакуре, которые даже тогда, когда не собирались убивать прямо сейчас, все равно выглядели так, будто уже прикидывали, куда именно лучше воткнуть клинок.
Он заметил и то, как чужая чакра в руке погасла, и то, как сам парень выпрямился. Он выглядел молодо. И все равно, не расслаблялся. Генме это понравилось куда больше, чем если бы туманник начал быть миролюбивым. Пока укладывалось в ожидания.
- Мой напарник в поселке, - ответил Ширануи ровно, не спеша выдавать больше, чем требовалось, но и не затягивая с ответом настолько, чтобы это можно было принять за попытку выиграть время.
Он на мгновение прищурился, вглядываясь в лицо стоящего перед ним шиноби уже без прежней плотной завесы тумана. Тот был без маски, значит, не ойнин на официальной охоте, по крайней мере не в классическом виде. И он был один, , что для Кири было странно – они тоже использовали стандартные формации. Только если только это не личная задача или не тот редкий случай, когда одного действительно отправляли, потому что одному было проще оставаться незаметным. Или разведчик.
Однако быть может, остальные скрывались. Значит, не патруль, но быть может, формация на задании? Было мало информации.
Но если один - то кто?
Мысль о мечниках Тумана промелькнула неприятной идей и почти сразу была отброшена – вроде не похож, да и меча не видно. Но расслабляться он не стал. Ранг у кирийцев вообще было трудно определять по виду, потому что в их деревне слишком часто ребенок мог оказаться первоклассным убийцей, а невзрачная девушка - той, кто бесшумно вырезал целый караул до первого крика.
И все же он готов был сотрудничать. Это было хорошо. И очень важно.
Генма чуть опустил кунай, не убирая его в кобуру, скорее обозначая намерение говорить дальше, чем полное доверие.
- Мы отследили цель до берега Страны Воды, - продолжил он, сдерживая естественное желание действовать уже сейчас, потому что каждая потерянная минута могла означать, что цель сменит маршрут. - Перед отплытием мы отправили сообщение в Коноху, но сам понимаешь, ответа мы ждать не могли. Если бы остановились на дипломатической бюрократии, потеряли бы след.
Он говорил спокойно, почти сухо, стараясь не выдать волнения. Сказать слишком мало - получить удар в спину от местного шиноби, который вполне справедливо сочтет двух чужаков нарушителями. Приходилось идти по тонкой нити, и, что раздражало больше всего, Генма понимал: туманник имеет полное право задавать вопросы. Более конкретные, чем уже задал.
Он снова посмотрел на молодого кирийца, пытаясь понять, насколько тот действительно слышит смысл, а не только фиксирует факт вторжения.
- Скупка свитков с телами шиноби - это не то, что мы могли игнорировать. Если это действительно человек Империи Демонов, то ему нужны не сувениры.
Последнюю фразу он произнес без нажима, но с расчетом, потому что в мире шиноби общий интерес зачастую был куда крепче доверия, уважения, договоров и дипломатии. Доверие можно было предать, уважение - сыграть, договор - обойти, а общий интерес, пока он жив, держал людей рядом надежнее хороших намерений. Другой момент был в том, как этот шиноби отследил их. Техника, сенсорика? Это хорошо было бы знать, особенно то, куда мог уйти лазутчик. Он бросил взгляд на маяк. Возможно, туда все же. Может, тут где-то есть контрабандисты? Или черный рынок?..
- Если не хочешь помочь - хотя бы не мешай.
Он наконец убрал сенбоны из свободной руки. Они оба были шиноби, оба стояли на границе возможного боя и оба прекрасно понимали, что мирный разговор в любой момент может оборваться, так что кунай он все же не убрал.

Сначала Генма почувствовал только первые холодные капли на коже, и это было почти естественно для Страны Воды, где погода будто сама имела отвратительный характер, такой же как у местных шиноби. Он не успел ответить Моне ничего, потому что ощутил, как мир неуловимо изменился. Он уже хотел было коротко кивнуть, принять условия - живым так живым, если Кири сама займется допросом на своей территории, а Коноха получит доказательства и свитки, это уже будет неплохо, хотя, конечно, он не отдавал бы чужой деревне ничего… Но так шансы упустить врага повышались слишком сильно. Но в этот момент капли превратились в боль.
Острая, колючая, мерзкая боль впилась в открытые участки кожи так, будто с неба посыпались не капли воды, а тончайшие осколки стекла или мелкие иглы, которые не разрывали плоть по-настоящему, но заставляли нервные окончания взвывать так убедительно, что тело поверило раньше, чем разум успел возразить. Генма скрипнул зубами, дернулся плечом, инстинктивно пытаясь прикрыть лицо, и в то же мгновение понял, что пальцы слушаются хуже, чем должны.
- Черт… - выдохнул он сквозь зубы, когда очередная капля ударила по щеке, и боль вспыхнула так ярко, что он на долю секунды поверил, будто кожа действительно рассечена.
Слишком вовремя. Он сразу же заподозрил кирийца в этом, но тот, кажется, тоже попал под технику. Да нет, не кажется – он вовсе рухнул на колени.
Генма опустил взгляд на свою руку, на которой, по ощущению, уже должны были выступить десятки мелких порезов, но увидел только мокрую кожу, скользящие капли и пальцы, напряженные до белизны.
Иллюзия.
Не просто иллюзия - сильная, неприятная, наложенная через контакт воды с кожей. Он почти взвыл от каждой капли, инстинктивно хотел было сложить печати, но вовремя понял, что просто так от дождя не скрыться. В Стране Воды вообще с этим было плохо.
Цель была рядом.
Генма заставил себя не двигаться резко, хотя тело требовало согнуться, закрыться, уйти под навес, спрятаться от боли, которой не должно было быть. В этом могла быть ловушка – если они кинутся куда-то укрываться от дождя, с этим будут неприятности. Это могло быть засадой. Это, скорее всего, и было засадой – и Генма все еще не был уверен не враг ли Моне. Но скорее всего – нет. Вряд ли даже в Кири будут бить по товарищам?
Или будут?..
Он поймал мысль об иллюзиии, зафиксировал ее и буквально вцепился в нее сознанием, как в опору на скользком камне. Это не настоящие раны. Это не настоящая боль. Это воздействие на восприятие. Тело обмануто.
Он медленно втянул воздух, сосредотачиваясь не на коже и не на боли, а на чакре внутри, на ее движении внутри тела. Поток был неровным, будто бы дрожал. Не настолько рваным, чтобы полностью лишить контроля, но достаточно, чтобы любое движение давалось с сопротивлением. Техника была сильной. Если бы ударила внезапно в бою, могла бы решить исход мгновенно.
Он через вопли тела, сложил печать.
- Kai!
Мир дернулся. Но боль не исчезла. Генма практически взвыл от этого ощущения. Капли били по лицу, стекали за ворот и вгрызались в кожу. Он рухнул на колени рядом с кирийцем, жмурясь, и положил ладонь на его плечо, вливая собственную чакру. Ну же, еще раз…
- Kai!
В этот раз он ощутил, как чужое тело вздрагивает – и надеялся, что хотя бы на другом техника сработает. Он чувствовал, как у него трясутся руки, боль была не то чтобы невыносимой, но он не был к ней готов. Слишком сильно. Слишком много.
Если бы туманник решил принять это за атаку, Генма, вероятно, был бы уже мертв, но он рассчитывал, что у него еще будет момент для защиты – все же, техника… Чертова техника.
Генма вытер мокрую щеку тыльной стороной ладони, чувствуя боль одновременно в лице и руке. Нужно было попробовать скинуть иллюзию еще раз, но он не мог. Пока они были скрыты туманом Моне, и он надеялся, что кириец удержит технику. И что хотя бы определит цель. Было больно, Генма даже не пытался сориентироваться сам, но по наводке сенсора он мог атаковать если потребуется.
- Где он? – едва ворочая языком прохрипел он. Хорошо бы Райдо не попался… техника была очень неприятная. Они не могли отступить вслепую, а покинуть границу дождя нужно было… или хотя бы снова попытаться скинуть иллюзию. Черт. Он накрыл глаза ладонью, подрагивая – плохо будет, если попадет в такую чувствительную зону. – Я… попробую скинуть еще раз с себя… - он сглотнул.

Отредактировано Shiranui Genma (2026-05-10 14:21:45)

Электрический удар пришел внезапно, резко, без предупреждения, и на миг Генма не понял, то ли Моне решил, что помощь закончилась и пора убрать лишнего свидетеля, то ли просто выбрал самый кирийский из возможных способов вывести человека из чужой техники. Тело выгнулось само, мышцы болезненно свело, зубы стиснулись так сильно, что цяньбэнь едва не выскочил изо рта, а в голове на короткое мгновение стало ослепительно пусто, как бывает после слишком близкого удара молнии.
Потом невыносимая боль оборвалась.
Генма резко вдохнул, чувствуя уже не иллюзорные стеклянные капли, а обычную сырость тумана, липкий пот под волосами, дрожь в пальцах и неприятное послевкусие чужой чакры, прошедшей по нервам слишком близко к пределу терпимости. Если бы у него было больше времени, он, возможно, сказал бы Моне что-нибудь очень содержательное о методах первой помощи в Киригакуре, но времени, как обычно, не было.
Ноги коснулись земли, и Ширануи едва заметно просел в коленях, удерживая равновесие скорее на упрямстве.
- Идти могу, - прохрипел он в ответ на вопрос Моне, хотя честнее было бы сказать, что идти он может, бежать придется, а жаловаться будет позже, если переживет ближайшие несколько минут. - И… просто Генма.
Короткие куски информации сложились в голове быстрее, чем дыхание окончательно выровнялось. Маяк… Хорошее место, если хочешь обороняться. Плохое место, если тебя нужно взять живым.
Монэе сорвался первым, и Генма не стал его окликать. В этом тоже была своя логика: сенсор видит цель, местность знает лучше, но все равно Ширануи предпочел бы, чтобы поддержка держалась в поддержке. Но раз сенсор так уверенно попер вперед, значит у него что-то было в рукаве… И тем не менее. Ширануи поспешил следом. Он еще не мог прикинуть ничего о том, с кем столкнулся и о противнике, а потому они были в заранее неудачном положении. Ну как они – он.
Ширануи заставил себя двигаться следом не сразу по прямой, а чуть в сторону, уходя из очевидного направления, потому что если шпион уже знал, что они выбрались из гендзюцу, то наверняка ждал их на входе или у лестницы.
Туман слабел.
Это было плохо. Пока молочная завеса держалась плотнее, она скрывала не только врага, но их тоже. Однако он не ориентировался в нем так хорошо, как кирийцы. Двигался он почти вслепую, только ориентируясь на Моне, так что немного видимости шло на пользу.
Теперь же маяк проступал впереди все отчетливее, большой, высокий, с темными провалами окон и мокрыми стенами. Под козырьком входа Моне коротко указал наверх.
Генма его понял без объяснений.
В следующий миг чакра уже концентрировалась в ногах и руках, ладони нашли мокрую поверхность стены, и он начал быстро забираться вверх вверх по внешней стороне маяка почти бесшумно, насколько это вообще было возможно после недавней шоковой терапии и под сырой морской изморосью. Камень под пальцами был холодным, скользким, местами поросшим темной слизью и солью, но Генма удерживал себя чакрой  и одновременно вслушивался в звуки внутри.
Сначала глухой удар.
Потом треск. И гул огня.
Он как раз был у окна, так что заметил как пламя рвануло по внутренней лестнице жарким, яростным всплеском. Он надеялся, что Моне сможет увернуться или хотя бы выскочить наружу. Использовать технику тоже было бы мудро.
Моне внутри привлек внимание, и это был отличный шанс.
Генма поднялся выше, удержался наружном выступе, перевернулся чуть боком, чтобы не показываться в окне полностью, и увидел чужую спину. Цяньбэнь он достал изо рта беззвучно, перехватил и мгновенно напитал тонким слоем чакры молнии. Яд уже был на металле, заранее приготовленный – Генма надеялся, что иллюзорный дождь его не смыл, да и сырость не повредила, яд, все же был маслянным. Его было немного, но хоть что-то.
Цяньбэнь прошил влажный воздух, мелькнул между огненным отблеском и темной тканью чужой одежды и вошел в плечо шпиона. Тот Генму заметил буквально в последний момент, попытался дернуться в сторону, но было уже поздно. Молния была почти невидимая, но достаточно сильная, чтобы тело противника вздрогнуло, плечо дернулось, а яд, подхваченный этим резким электрическим толчком, начал расходиться быстрее, чем пошел бы сам по себе.
Но этого было мало, конечно. Генма в сотый раз поклялся найти что-то парализующее в лавке и не забывать это брать на каждое задание. Генма уже складывал печати второй техники, пока шпион еще не успел до конца понять, откуда пришел удар. Он собирался ударить по стене, вызывая из камня острые каменные шипы, которые пронзят чужое тело, но противник не собирался ждать. Он выдохнул огонь прямо в окно, пока Генма, балансируя исключительно за счет чакры, складывал печати.
Генма увидел как чужая грудь делает резкий вдох, как пламя скручивается в плотный, яркий, смертельно знакомый поток, и понял, что закончить не успевает.
- Да чтоб тебя, - выдохнул он сквозь зубы, оттолкнулся от стены и рухнул вниз, стараясь успеть затормозить чакрой. Огненный шар вырвался из окна в этот же момент, рванул наружу с ревом, опалив край плаща и ударив горячей волной неожиданно сухого воздуха.
Приземление вышло жестким, но терпимым – он успел проскользить по стене достаточно, чтобы замедлиться и сгруппироваться для нормального падения. . Генма перекатился, поднялся на одно колено, сразу уходя из точки падения, потому что если шпион видел, куда он рухнул, следующий залп огня мог прийти именно туда. Дышать было немного больно, но это была нормальная боль, честная.
Он поискал взглядом кирийца, но не нашел его. Понять, что именно произошло со шпионом после попадания цяньбэня, тоже было невозможно.
Генма выдохнул. Кажется, они будут биться об этот маяк. Но в теории, шпион должен попробовать сбежать. Использует ли он то гендзюцу снова? Или что-то еще? Черт.Он должен был открыть шпиона для своей атаки, но увернулся ли он от Моне?
Слишком мало данных.

Шпион выставляет огненную стену против Моне, но Моне успевает достать его раньше водяным хлыстом, так что стена появляется и пропадает, не задев его.

Генма задержался всего на долю секунды, но эта доля показалась ему пугающе длинной. Шпион мог специально оставить Моне внутри, чтобы заставить шиноби Листа сунуться следом и накрыть их обоих снова каким-нибудь малоприятным гендзюцу.
Ни один из вариантов у Ширануи в голове не был хорошим, но оставаться внизу и ждать было еще хуже, так что он рванулся внутрь, используя Телесное Мерцание – и надеялся, что не лезет в смертельную ловушку очертя голову. Он сконцентрировал чакру буквально в удар сердца, услышав шум.
Ширануи стиснул зубы, почти сразу ощутив запах дыма и той неприятной горелой сырости, которую обычно давало влажное дерево при резком перепаде температур. Внутри было жарче, чем снаружи, хотя лестничная клетка уже наполнялась дымом, а по стенам ползли трещины, оставленные предыдущими ударами. Где-то выше Моне снова выругался, и Генма, даже не видя его, понял по тону, что происходит что-то неприятное. Он рванул выше.
Генма увидел это, когда ворвался на площадку: Моне, еще держащего водяной хлыст вокруг мебели, и разрушенную стену, которая начинала оседать вниз. И, конечно, Моне сделал именно то, чего Генма от него совершенно не ожидал – ломанулся вперед его прикрыть. Будто в голове у кирийца совершенно отсутствовал отдел, отвечающий за самосохранение.
- Да чтоб тебя, - ругнулся Генма судорожно складывая печати техники Стена Земли. Чакра ударила в пол, в камень, в сырую, старую кладку, и Генма не стал пытаться сделать что-то адекватное, ему нужна была защита и скорость. Он рванул кирийца на руку к себе, заставляя присесть у основания высокой стены, которая еще и загибалась к верху козырьком, чтобы уберечь их от падения камней на голову. Обломки врезались в преграду с таким звуком, будто по ней ударили гигантским молотом. Вся площадка дернулась от обрушения, сверху посыпалась пыль, мелкий щебень застучал по плечам и волосам, дым на мгновение стал гуще, но стена выдержала.
В нескольких местах ее прорезали трещины, часть камня осыпалась вниз, один обломок все же перелетел через край и больно задел Генму по плечу, но их не раздавило. И это сейчас считалось отличным результатом. Генма с облегчением прислонился к камню ноющим плечом. Он перевел взгляд на Моне.
Кириец был странным. Генма все еще не доверял ему. Но мало кто бросался закрывать собой потенциального противника от падающих камней, не зная даже настоящий он или клон. Моне мог быть союзником на ближайшие пять минут, мог оказаться человеком, что решит прирезать его с той же хитрой улыбочкой и непроницаемым лицом. Однако он рванул вперед в атаку. Он прикрыл его. Он не был обязан. Это отрицать было невозможно – ему на защиту бросились не думая.
Этот парень не спрятался за спину, хотя именно этого от сенсора логичнее всего было ждать, его сила была не в этом. И он был абсолютно поехавшим. Не так как привычные коноховские поехавшие, иначе. Если это было безрассудством, то, по крайней мере, безрассудством не труса. Генма уважал такие вещи, даже когда считал их неправильными.
- В следующий раз, если решишь героически закрывать меня собой, предупреди заранее, - сказал он хрипло, стряхивая с плеча каменную крошку. – Я хоть оценю.
Он качнул головой, выглянул из-за края стены, оценивая на манер дальнейших разрушений. Ладно, нормально, обошлось.
Цель сбежала, и задерживаться тут не следовало даже для обыска. Ясно было, что свитки он не бросил бы, отступая. Попадание цяньбэня, молния и яд ошеломили его, но яд его не убьет, лишь притормозит. Генма сложил печать, призывая оружие обратно, достал яд, снова смазывая длинную иглу и закусил ее край.
- Он не будет таким шустрым пока не доберется до противоядия, - добавил он, спокойно ожидая пока сенсор закончит работать. Новости, впрочем, были нерадостные. Ширануи коротко выругался уже про себя. Конечно, Моне уловил направление сейчас, но если они сядут на хвост, шпион вполне может начать петлять.
Шпион не бежал вслепую, не метался, не пытался спрятаться, значит, он знал как и куда. Жаль, они надеялись на другой вариант.
- Начнет, - Генма кивнул и сложил печать, создавая теневого клона, который сразу же выпрыгнул в провал, перекувыркнулся и пропал в вихре листьев. Хорошо бы он быстро нашел Райдо. – Надеюсь, он успел разжиться в селении картой, мы тут еще никогда не были, - он качнул головой. – Они пойдут к нам на подмогу с другой стороны, а когда клон развеется, я узнаю, что там и как. Так что давай опередим, - хорошо, что тут был местный, иначе варианта «опередим» и «пойдем наперерез» вообще не было бы.
Генма глянул на кирийца, заметил, что огнем его все же задело. Понадеялся, что задело его не потому что Генме пришлось отступать, чтобы не влететь в технику самому. От Демонов как-то хороших шиноби не ожидалось, там же маленькая деревня была, что началось-то…
Он порылся в подсумке и впихнул в руки кирийцу плоскую коробочку с целебной мазью. Коноха была известная действенными и эффективными медикаментами в конце концов. Генма не любил ставить на доверие к человеку, которого знал меньше часа. Но без сенсора эта погоня будет обречена на провал даже если будет развиваться в гораздо менее требовательном темпе – шпион ориентировался получше них с Райдо. Так что… оставался единственный вариант. Поверить в удачу.
- На пароме у него может быть преимущество, так что давай попробуем перехватить до этого, - к тому же, в открытой воде у него самого была бесполезна половина арсенала. И был сейчас один неочевидный, но огромный плюс – с сенсором они могли не бояться засады или маскировки, и просто не заметить цель, если он владеет хотя бы частью подобного арсенала. В порту еще в Огне он от них ускользнул очень ловко. Он помолчал и бросил взгляд на Моне снова.
- И… спасибо. За это, - он неопределенно повел рукой. – Но давай прикрывать буду я. Все же, это я втянул тебя в нашу работу. А теперь пошли охотиться,- Генма усмехнулся, копируя чужую усмешку. Он сконцентрировал чакру снова и первым спрыгнул вниз. Мда, он не марафонец, конечно. Ладно, справятся.

Генма только коротко покосился на Моне, одновременно пробегая взглядом по пересеченной местности впереди. Он не особенно отвечал на его подмигивания, но попытки кирийца разрядить обстановку оценил. Чем-то он напомнил Райдо.
Это все было настолько нелепо уверенно, что Ширануи почти захотелось спросить, все ли шиноби Кири такие, или это ему сегодня попался особенно одаренный экземпляр. Но вместо этого он только усмехнулся краем губ.
- Пользуйся моим расположением, пока оно у меня есть, - бросил он негромко. - После второго удара молнией я могу стать менее сговорчивым.
Да, все же он напоминал напарника и приятеля. С ним было легко. Потому вели диалог они тоже легко. Только мысли Генмы были далеко не такими легкими, как эти перешучивания. Шпион не сбавлял темпа. Генма раздраженно отметил про себя, что будь у него сейчас напарник Инузука, им было бы куда проще. Будь рядом Аоба с воронами, они могли бы действовать на опрережение, а не полагаться на сенсорику.
У него самого не было ни псов, ни воронов, ни чудесного дара чуять чакру сквозь лес и туман. Так что действовать приходилось по старинке. И помогать сенсору.
Генма бежал еще несколько секунд молча, прикидывая что можно сделать в этой ситуации. Шпион быстро читал ситуацию, отлично сбегал и держал дистанцию. Но их было больше. И у них было крупное преимущество в виде сенсора.
- Твой план с туманом и молнией хороший, - сказал он наконец, не сбавляя хода. – Но давай немного внесем коррективы.
Он резко сложил печати техники Элемент Земли • Техника Каменного Клона на бегу. От его тела отделился камень – каменный клон формировался из него, выглядящий также, как и Генма, но в отличие от теневого – для других целей. Он был прочнее, тяжелее и куда лучше подходил для того, чтобы принять на себя удар и сработать как ловушка. Если что.
Генма почувствовал, как запас чакры просел еще сильнее, и мысленно выругался.
Сегодняшний день явно решил проверить, насколько далеко можно растянуть его ресурс, прежде чем тело начнет официально протестовать. Если так пойдет дальше, к вечеру он сможет только лежать лицом вниз и изображать особо усталое украшение ландшафта.
Он выбросил эту мысль из головы почти сразу. Сначала дело. Потом – нытье.
- Слушай внимательно, - сказал он Моне и вынул изо рта цяньбэнь, удерживая его между пальцами. Металл был тонким, почти невесомым, но Генма напитал его своей чакрой так, чтобы даже в тумане каменный клон мог почувствовать этот след, как натянутую нить. Затем он протянул иглу кирийцу. - Возьми. Атакуй им, - сенсору не нужно было пояснять, что в оружии его чакра, и что он сможет ориентироваться на нее, даже если они потеряются в тумане. В отличие от Моне, он никак не мог сориентироваться, но шпион тоже был в плохом положении.
- Скорее всего, он попытается ударить по тебе до того, как ты снова приблизишься, или вынудить тебя защищаться.
Генма скользнул взглядом по клону.
- Подготовь сейчас технику замены, только не на предмет, а на моего клона. Как только противник атакует тебя, уходишь через подмену, а вместо тебя под удар встает мой клон. Он должен выдержать удар, даже техникой. У него итак огонь, а тут сыро. Так что попробуем перехватить его, если атакует.
Генма сложил печать второй рукой, удерживая собственную Технику Замены на том же клоне. Он тоже подготовил замену – если они с Моне подготовятся на одну и ту же цель, можно будет использовать клона максимально. К тому же, это было страховкой для уже раненого сенсора – подготовленная ранее замена срабатывала на удар автоматически.
Но если план сработает, у шпиона получится редкая неприятность: он атакует одного, попадает в каменного клона, и даже если попробует попасть по второму… то попадается в того же клона. Лучший вариант ловушки, который они могли подготовить на ходу. Он посмотрел на Моне коротко, прямо, уже без прежнего недоверия, но и без полной открытости. Это все еще был шиноби Кири. Однако они снова будут сражаться бок о бок. И он хотел, чтобы сенсор в этот раз обошелся без травм.
Бежать приходилось быстро, но не до предела, чтобы сохранить рывок на момент атаки. Лес вокруг мелькал влажными темными пятнами, ветви цепляли плащ, сырой воздух забивался в легкие, где-то в стороне уже угадывалась линия берега.
- Если он попытается убежать без боя, полагаюсь на тебя, - Генма коротко улыбнулся сенсору, возвращая манеру того вести диалог. Он на мгновение подумал о Райдо, который сейчас, возможно, уже получил сообщение от клона и идет на перехват с другой стороны. Если повезет, у них получится зажать шпиона до парома. Если нет - придется устраивать драку на пристани и молиться, чтобы там оказалось поменьше гражданских и побольше мокрого дерева, которое не вспыхнет от первого огненного шара.
- Старайся по возможности уйти подальше, мои атаки наоборот на средней и близкой дистанции. Так что главное найти и приблизиться, - Генма достал кунай, крутанул его на пальце. Он как-то раз видел трюк у Хатаке, так что надо было просто повторить. Мда, жаль он не мог быстро въехать в чужие техники. Каменный клон сконцентрировал чакру. Оставалась надежда перехитрить врага. Или по крайней мере, задавить числом.

Да серьезно, этот сенсор… Генма постарался не смутиться от того, что творил Моне с его оружием и практически неодобрительно качнул головой. Вот еще…
- Ты мог бы спросить это перед тем, как сунуть его в рот, - он все же не скрыл хохоток. – Все нормально, развлекайся.
Да, отравлен был только наконечник, и вообще повторять чужую технику обращения с оружием так-то моветон, но… Генма даже не возмущался. Веселый парень этот Моне. Они могли бы стать друзьями, не будь он кирийцем.
Цяньбэнь, переданный Моне, все еще нес на себе тонкую нить его чакры, и Ширануи цеплялся за это ощущение в тумане, где зрение оставалось ненадежным союзником. Это было далеко не так точно, как хотелось бы, но достаточно, чтобы не бежать полностью вслепую.
Потому он полностью доверился сенсору, а что еще оставалось. Где-то там был Райдо, но клон еще не развеялся, так что Ширануи не имел понятия, где товарищ. Ладно. Очистили голову и в атаку.
Генма прибавил скорость, чувствуя, как под подошвами мокрые ветви сменяются неровной землей.
Техника замены на Моне сработала в тот самый момент, когда клинок должен был найти незащищенное тело сенсора, и вместо живого человека под ударом оказался камень. Все шло по плану.
Сам Ширануи только увидел, что пропал его клон, бежавший рядом, а сам на ходу закинул в рот чакровую пилюлю. Он не стал отказываться от щедрого предложения сенсора, хотя это и было временным решением – все же, чакра из клонов в тему вернется.
Лезвие ударило по каменному предплечью клона, скользнуло, высекло искры и с неприятным сухим хрустом треснуло. Каменный клон не отступил – его задача была именно в том, чтобы отвлечь, так что тело из камня шагнуло вперед прямо под чужую атаку, усиленную чакрой – шпион ориентировался быстро, видимо потому он и был один. Клон попытался перехватить противника  и удержать его на месте, вцепившись, однако шпион увернулся, отскочив назад и сразу же сложил печати огненной техники. Поток огня пролился на клона, собираясь его испепелить, однако каменный клон даже не дернулся, атакуя ударом кулака вновь. Моне сказал, что противник уязвимее в ближнем бою, так что… вот. 
Генма именно этого от него и хотел.
Пока противник был занят его клоном, который все же от напора огня треснул и осыпался, Ширануи вылетел из тумана сбоку, ориентируясь на остаточный след собственной чакры на отскочившем цяньбэне. Враг был занят, сенсор был вне опасности. Лучшая из возможных позиций.
Шпион заметил Генму, но было уже поздно, потому что токубецу сложил печати и ударил ладонями по земле. Противник уже не успевал отскочить, но Ширануи видел, как его руки складываются в печати техники замены.
Земля под клоном и шпионом вздрогнула, словно на мгновение потеряла плотность, потом резко просела вниз кругом, вырезая из поверхности грубую яму. Генма опустил ее так глубоко, насколько вообще было возможно.
Паскуда был ну очень быстрым – Генма увидел, как на месте противника оказалось бревно – его клон как раз рассыпался, так что груда камней и бревно…
Но внезапно он ощутил прилив чакры – не только остатков от уничтоженного клона, а еще и от собственного теневого. Не только клона, но еще и воспоминаний. Генма сложил печать, призывая свой цянбень обратно. Он понятия не имел, где противник, но надеялся, что сенсор поймет, что Райдо – свой.
Однако вот Райдо, видимо, ухитрился сориентироваться – Генма неожиданно услышал глухой вскрик противника в тумане. Намиаши был мастером кендзюцу – и да, вероятно он сориентировался на всполох огня от вражеской техники. Генма шустро побежал на звук. Кокуто был отравлен, а еще этот клинок был совершенно беззвучным – так что в сочетании с шуншином и тем, насколько сильно занят был противник ими…
В тумане Генма едва ли не натолкнулся на Райдо и шарахнулся назад от взмаха клинка.
- Эй, это я, это я, - он выдохнул. Его клон рассказал и о союзнике-сенсоре, и о том, что убивать шпиона нельзя. Судя по крови на клинке, шпион получил серьезную рану, однако явно успел замениться, чтобы сбежать.
- Этот Моне нас найдет? – уточнил Райдо, Генма кивнул ему, становясь с другом спина к спине. Не было смысла метаться и искать, сенсор был кирийцем, прекрасно перемещался в тумане, так что он их сам отыщет. Непривычно было просто ждать, конечно. Ладно, противник ранен и отравлен. Сейчас они смогут понять направление по сенсору и атаковать. Впрочем, скорее уж захватить – в нем уже было достаточно яда, чтобы свалиться.

кубики тех части
Шпион использовал против клона Элемент Огня • Огненный Поток и поспамил заменами
Шпион ранен в бок Кокуто. Шпион свалился парализованный после атаки Райдо от яда.
Генма использовал Стиль Земляного Вала

Ждать оказалось труднее, чем сражаться. Генма понимал, что это ожидаемо, но в тумане все чувства были напряжены до предела. Моне в этом молочном мареве ориентировался так, как Генма не смог бы и с дополнительной парой глаз в виде Райдо. Выжидать все равно было неприятно, особенно когда где-то впереди зашумел бой. Неужели после атаки Райдо шпион все же ухитрился атаковать Моне. Это был его клон? Сообщник?
- Веселый у тебя новый знакомый, - негромко заметил Райдо, не отрывая взгляда от тумана. Ширануи качнул головой.
- Не начинай, - его грызла тревога. Он перегнал цянбень во рту. Райдо коротко хмыкнул, но больше не стал подначивать. Он тоже слышал звуки боя, и его руки сжимались на клинке.
Внезапно туман вдруг вспыхнул белым светом в отдалении. Луч молнии поднялся вверх, как знак, и Генма сорвался с места. Райдо последовал за ним.
- Ясно, почему вы нашли общий язык. Тоже показушник.
Генма только и фыркнул.
- Завидуешь?
- У меня всего лишь клинок, никаких лучей в небо. Приходится компенсировать, - отшутился Намиаши. В тумане полыхало огнем и молниями в отдалении, так что шутка помагала не слишком психовать от ситуации. Однако Генма лишь усмехнулся напряженно, не пытаясь даже продолжить. Генма держался чуть левее последней вспышки, Райдо занял позцию сбоку от него. Лезть вслепую с привычными атаками было нельзя – Генма уже думал полить поляну сенбонами, но быстро отбросил эту мысль. Генма чувствовал, как рука сама тянется к цяньбэню, как хочется метнуть вперед в направлении того, где была вспышка огня. Но это было опасно. Моне был где-то там. Возможно, слишком близко к противнику. То, что он сенсор, не делало его неуязвимым, и если тонкая игла Генмы прилетит ему в бок только потому, что Ширануи решил добить противника… Нет. Слишком большой риск товарищем.
Они оба с Райдо замедлились за несколько десятков шагов до источника шума, не прекращая движения полностью. Осторожность в тумане была не трусостью, а способом выжить побольше. Они видели вспышки огня и молнии, а потом едва не столкнулись с Моне, отскакивающим назад от поверженного противника, но, как оказалось, не совсем. Противник не остался на месте. Одежда его на груди, рукавах, под воротом и у пояса дрожала от вспышек чакры. Он рванул следом за ним слишком резко для человека, который только что должен был быть выведен из строя. Последний, отчаянный рывок.
Нельзя было подпускать его к Моне. Нельзя было дать ему добраться до них и до чего угодно вообще. Генма складывал печати быстрее, чем думал. Генма ударил ладонями вниз в сырую землю.
Почва перед ним вспухла, словно под ней вдруг прорвало скрытое русло, и из земли вырвалась широкая, вязкая река грязи. Задача этой атаки была не менее топорная, чем чужая – снести, залепить грязью, откинуть его от них как можно дальше и притопить.
Враг был ранен, верно? Он не должен быть таким прытким… Но он был. Он перескочил атаку Ширануи, слишком медленно, черт…
Генма начал торопливо складывать другие печати.
Райдо, который сориентировался быстрее, чем многие успели бы понять, где враг, уже оказался рядом с Моне. Он не стал спрашивать, не стал представляться, а просто в один резкий шаг зашел между ним и противником и плечом почти вытолкнул сенсора себе за спину.
Генма даже не удивился - сенсор нужен живым, местный сенсор – их огромное преимущество, это приоритет. Райдо действовал ровно также как и он действовал бы.
Сам же он снова стукнул ладонями по земле и из грязевой реки появилась драконья голова, которая начала плеваться грязью – снарядами грязи, которые, наконец, попали в цель – они залепили печати и откинули противника в грязь, а река протянула его дальше от них. Генма ощутил, как у него перестанет так лихорадочно колотиться сердце. Он сглотнул, видя как противника затягивает в землю. Генма, удерживая технику, шагнул к Моне и Райдо, чувствуя, как грязевой поток тянет чакру и как тело снова напоминает, что сегодня он уже слишком много раз делал «еще одну технику». Но останавливаться было нельзя. Противник барахтался в грязи, все еще пытаясь поднять руки, все еще искрясь печатями, все еще слишком опасный.
Грязь поднялась выше, накрывая противника почти по бедра, потом по пояс, и Генма стиснул зубы. Враг барахтался, пытаясь добраться до них, а потом…
А потом рвануло.
Ширануи инстинктивно шарахнулся назад, вливая больше чакры в технику. Противник рванулся, грязь вспыхнула паром от жара печатей, и Генма понял, что времени опять осталось меньше, чем хотелось.
Он не удержит. Райдо понял это также без слов, отпихнул сенсора подальше, а потом дернул его самого за шкирку как котенка. Грязь взметнулась столбом, Генма ощутил удар – то ли от взрыва, то ли от того как Райдо его кинул. Хлопнула техника замены – Намиаши от удара ушел, Генма надеялся, что и Моне тоже. Он же оказался на земле, голова закружилась.
Туман стал немного реже.

кубики
Генма использует Элемент Земли • Земляная Река Грязи и Элемент Земли • Снаряд Земляного Дракона

Пару мгновений Генма просто лежал на мокрой земле, чувствуя, как в висках отдается глухой удар. На плечо, которое уже несколько раз за сегодня получало, он думал жаловаться первым. Или на голову. Или на Райдо.
Он втянул воздух сквозь зубы и сел.
Туман нехотя редел. Райдо уже стоял на ногах, и Моне тоже был жив, хотя выглядел так, будто его за последние полчаса пытались последовательно поджарить и взорвать. Собственно, что и было реальностью. Генма встретился с ним взглядом, когда тот вернулся к парализованному шпиону, и позволил себе облегченно выдохнуть.
И тут он увидел свитки. Моне вытащил их из вещей лазутчика один за другим, и Генма сразу же взял один из рук сенсора. Неужели это то, за чем они шли? Он принял свиток, ощутив под пальцами знакомую плотность бумаги и перевел взгляд на Райдо. Намиаши без лишних вопросов взял свиток. В этом и было удобство работы с Райдо – ему едва ли требовалось что-то излишне объяснять. Он отошел на несколько шагов в сторону, опустился на одно колено, проверил печати, провел пальцами по краю, выискивая ловушку, и только после этого аккуратно распечатал.
На мокрой земле между ними появились пять тел.
Они лежали в саванах, аккуратно завернутые и определенно точно – это были шиноби. Им еще требовалось установить детали и понять, есть ли среди них свои, возможно – там шиноби других стран… Генма не сказал ничего, а просто чуть опустил голову.
Просто на тот краткий миг, который был у шиноби на уважение к мертвым между погоней и следующим приказом. Они не знали их имен. Не знали, как они умерли. Не знали враги они или друзья, преступники или невинные. Райдо тоже склонил голову.
Потом они оба поднялись почти одновременно, и Намиаши аккуратно, с куда большей бережностью, чем до этого начал запечатывать тела обратно. 
- Да, - сказал он негромко. - Это то, за чем мы шли.
Голос у него был ровным, но сухим. Он забрал свиток у Райдо и спрятал в свой подсумок отдельно от оружия.
- Остальные тоже нужно проверить, но уже не здесь, - добавил Генма. Он снова посмотрел на Моне. Кириец был обожженный, уставший, но все еще слишком бодрый на вид, и Генма в который раз за это утро отметил, что не понимает его до конца. Моне им помог. Генма скользнул взлядом по украшению на его груди, задумавшись, что оно очень уж нетипично смотрится – как-то казалось ему, что в Кири больше в моде ракушки да акульи зубы.
- Мы поможем тебе довести его до Кири, - сказал Генма наконец. Райдо повернул к нему голову, но не перебил. Только взгляд стал чуть внимательнее. Ширануи продолжил, но уже для обоих.
- Я понимаю риски. Если дипломатия встретилась с бюррокатией нас и посадить к вам в застенки могут, - он не сказал, что их могут и прибить, вроде не те времена. – Но все же оставлять его на тебя одного слишком опасно, - он виновато улыбнулся сенсору. – Да и потом, если он откинется от яда…
- То есть его еще полечить надо? – уточнил Райдо. Генма пожал плечами.
- Мы же договорились взять его живым.
Генма помолчал.
- К тому же, возможно среди тел есть кто-то из Страны Воды, - он постарался не смотреть на Моне, когда сказал это. Генма убрал цяньбэнь обратно в рот, но не потому, что успокоился, а потому что привычное движение помогло привести мысли в порядок. Райдо кивнул ему, покопался у себя, достал веревку и противоядие и занялся шпионом.
- Пожрать бы… - проговорил Намиаши мечтательно. Генма хмыкнул и качнул головой. У него чакры было не очень много. Мягко сказать. Но не падал и ладно.
- Ты хорошо сражаешься, - отметил он и прикусил язык, чтобы не брякнуть «для сенсора». Но Моне правда хорошо сражался для сенсора. Но при этом еще и на передовую рвался. Необычно. Смелый – или отбитый?..

Генма посмотрел на Моне чуть дольше, чем требовалось для простого ответа. Генма пытался совместить в голове мальчишескую усмешку и серьезность, в которую впадал сенсор местами. Генма знал это состояние. У всех шиноби были свои способы не дать мертвым сесть рядом и начать молчать слишком громко.
- Там решим, насколько сильно Кири хочет видеть наши лица у своих ворот, - согласился он, кивнув.
Райдо, все еще возившийся с пленником, фыркнул.
- Ты так говоришь, будто наши лица обычно кому-то приятно видеть.
- Мое лицо - дипломатический инструмент, - невозмутимо отозвался Генма.
Моне улыбнулся Райдо, и Генма подумал, что если эти двое сейчас начнут дружить на почве сомнительных шуток, то все действительно станет странным.
Пленника они связали тщательно. Райдо проверил ему рукава, воротник, пояс, обувь, волос и даже залез ему в рот ища иглу, капсулу, печати, лезвия. Генма, присев рядом, проверил дыхание и цвет кожи, затем все же заставил себя оценить действие собственного яда не как удобное средство обездвиживания, а как риск. Генма дал Райдо противоядие от своего яда, глядя как тот колет противоядие от своего яда с Кокуто.
Внимание Моне как сенсора было немного ощутимо. Генма не знал, насколько это удобно в обычной жизни, но для окружающих это, вероятно, было очень раздражающе. Он уже почти сочувствовал тем, кому приходилось играть с Моне в карты.
Свитки с телами Райдо убрал отдельно, в защищенный подсумок. Остальные они пока не вскрывали, проверять их в спешке было бы дурной идеей. Когда наконец двинулись, Генма первым делом почувствовал, как тело с большим неодобрением вспоминает, что вообще-то оно уже устало. Чакры оставалось не так много, мышцы гудели, а мокрая одежда неприятно липла к коже. И все же он шел ровно, не позволяя себе ни замедлиться слишком заметно, ни показать, что запас сил уже на исходе. Райдо взвалил на себя большую часть контроля над пленником, периодически помогая тому двигаться так, чтобы это было быстрее и менее удобно для побега. Моне вел.
Генма пару раз ловил себя на желании спросить, точно ли они идут туда, но каждый раз прикусывал язык. Не потому что боялся показаться невежливым. Просто Моне уже доказал, что в этой части работы ему под руку не говорить. Сенсор, да еще и местный. Но это было непривычно.
Перед водой они остановились ненадолго. Проверили пленника еще раз. Генма сложил печать, сосредотачивая чакру в ступнях, и почувствовал, как она откликается не так охотно, как хотелось бы. Ну, бывало и хуже.
Генма пошел следом за Моне, а Райдо - рядом, ведя пленника так, чтобы тот не мог ни резко дернуться, ни утянуть кого-нибудь с собой под воду. Слева где-то шумел открытый пролив, справа на сером фоне угадывались скалы, а впереди видимо было святилище. Генма не был особенно религиозен, он даже не оставлял подношения в храмах в родной стране. Иногда разве что составлял компанию товарищам. Ками, духи, предки, морские покровители - все это в разных странах называли по-разному, но шиноби обычно приходили к святилищам с одними и теми же просьбами: не забрать сегодня, вернуть домой, дать похоронить своих, не дать ошибиться в следующий раз.
Он не был уверен, что есть желание или необходимость молиться – все же, они никого не будут хоронить. Скорее наоборот, они будут перебирать тела из свитков и перепечатывать их обратно. Вообще без этого можно было бы обойтись, если бы не помощь Кири. Тут уже без вариантов – нужно было отдать союзнику их шиноби. С другими… с другими Хокаге решит.
Генма следил за Моне и думал, что все это слишком легко могло пойти иначе. Соседний берег встретил их низкой травой и запахом соли, менее тяжелым, чем у места боя. Святилище показалось не сразу: сперва тории, темнеющие сквозь туман, потом каменные ступени, покрытые влажным мхом. Дорога уходила куда-то вверх на склон, а в отдалении виделась дорога к деревушке и низкие крыши. Генма остановился, и кивнул Моне.
Райдо осторожно опустил пленника на колени у камня, но не отпустил полностью, продолжая держать его так, чтобы тот не мог ни дернуться, ни опрокинуться лицом в землю. Потом наконец огляделся с таким выражением, будто пытался понять, куда стоит двигаться на поиски пищи. Генма хмыкнул.
- Мы пришли к святилищу.
- Я уважительно голоден, - Райдо пожал плечами.- У меня только пилюли. Хотелось бы еды.
Генма хмыкнул. Его товарищ был серьезен в бою, но за пределами… Впрочем, если он позволял это при Моне, значит воспринимал его если не безопасным, то по крайней мере, дружелюбным. Он повернулся к сенсору.
- Я думаю ты лучше знаешь, где тут можно остановиться на привал. И давай я осмотрю твои травмы.
Райдо закатил глаза. Да уж, кто бы говорил… Генма мало с какого задания возвращался целым.

Генма задержал взгляд на кулоне ровно на мгновение дольше, чем следовало, а потом медленно перевел его на лицо Моне. Подарок от секретной куноичи Конохи?..
- Понимаю. Государственная тайна высшего уровня.
Он хмыкнул, словно это было совершенно обычным делом. Он, конечно, не стал спрашивать дальше. Не при пленнике и не при Райдо. Но сам факт подарка от куноичи Конохи он запомнил – слишком уж странная и человечная была особенность. Она выделялась как молниевая вспышка, пущенная Моне в тумане. А вот на реплику про мазь Генма только посмотрел, перекатив цяньбэнь во рту из угла в угол.
Сначала он глянул практически устало, а потом подозрительно спокойно и с чуть лукавым выражением лица, которое обычно у него появлялось перед тем как влипнуть в какую-нибудь авантюру.
- Что ж, начнем тогда с начнем с ожогов на торсе, - сказал он ровно. – Остальное подождет письменного отказа от претензий.
Райдо наконец поднял голову и весело хмыкнул.
- Мне отойти?
- Разберемся с пленником и можно, - невозмутимо ответил Ширануи, подмигнув товарищу. – Но так-то у меня плечо болит.
Намиаши закатил глаза, Генму он знал неплохо. Ширануи не скрывал, что он был весьма открытых взглядов. Все же, куноичи в основном были из серьезных кланов и просто покувырваться с ним было затееей не самой лучшей. Да и, что ни говори, многие из них заслуживали нормальных отношений, а не просто кувырканий на пару ночей. Вот он и решил, что если влюбится – вот тогда да, тогда все серьезно. А так… ну, только с теми, кто как и он ищет одноразовых развлечений. Ну или юдзе, опять же. Во многих городках могло не быть лекаря, но вот бордели – бордели были так или иначе практически всегда.
Так что если Моне и пытался спровоцировать, то у него мало что вышло. Ширануи лишь мысленно посетовал, что у шиноби его деревни, верно, такая репутация, что их внимание можно отвлечь таким флиртом.
Конечно, ничего серьезного он не рассматривал – все же, кириец скорее шутил, чем клеился. После сенсор сложил печать, и Генма с Райдо сразу же собрались. В этом была привычная согласованность людей, которые успели вместе пройти достаточно, чтобы не нуждаться в словах. Если сейчас из тумана выйдут шиноби Кири и решат сначала обездвижить всех неизвестных, а потом разбираться, формально они даже не будут полностью неправы. Не хотелось бы потасовки, но полагаться они могли лишь на Моне и только. А само по себе доверие могло обернуться слишком дорогой ценой. Как ни крути, хоть между их деревнями и было сотрудничество, они буквально недавно взаимно проливали кровь. Генма с тех пор кирийцев терпеть не мог. В кромешном тумане ночь наводиться по мелькнувшему где-то вдалеке Чидори – опыт ниже среднего. Двое появились на лестнице быстро и бесшумно, протекторы Кири блеснули, но лица у них были закрыты полумасками. Силуэты сразу разошлись так, чтобы держать под контролем и Моне, и двух коноховцев, и пленника. Хорошая позиция.
Генма ощутимо занервничал, Райдо чуть согнул ноги в коленях, пока Моне поспешил обьясниться. Генма медленно передвинул руки так, чтобы они оставались на виду, зубами он сжал оружие в боевую позицию. Кокуто Райдо был убран, но не так далеко, чтобы опытный глаз не понял: если придется, Намиаши успеет. Это тоже было нормально. Шиноби без возможности защититься выглядел бы либо глупцом, либо приманкой.
Генма слушал, не перебивая, хотя на словах "наши коллеги из Конохи" краем губ почти усмехнулся. Еще недавно они обменивались ударами клинка на поле боя, а теперь вот. Впрочем, формулировка была удачной. Достаточно ровная, достаточно уважительная. Один из кирийцев перевел взгляд с Моне на Генму. Его голос звучал глухо.
- Имена. Ранги. Подразделение. Цель прибытия.
Генма чуть склонил голову.
- Ширануи Генма, токубецу-джонин, - произнес он ровно, специально опуская пункт подразделения – не стоило светить. - Мой напарник - Намиаши Райдо, токубецу-джонин. Мы преследовали подозреваемого в связях с Империей Демонов и черным рынком тел шиноби. След вывел его к берегам Страны Воды. Цель захвачена живой по просьбе Моне, - он кивнул на пленника. Райдо коротко кивнул, подтверждая слова. – Его сообщник подорвал себя на месте боя.
Он понимал по едва заметной реакции, что был услышан. Ситуация касалась всех деревень. Империя Демонов и тела шиноби это убойное разведовательное комбо, и более того, у Кири и Конохи тут не было никакого конфликта интересов. Один из патрульных опустил взгляд на пленника.
- Пленника нужно доставить туда, где его смогут удержать, осмотреть и допросить, - сказал он. - Мы готовы сопровождать до патрульного пункта и передать под официальный протокол.
Кирийцы переглянулись. Один сделал короткий знак рукой.
- Пойдете с нами, - они их явно хотели бы разоружить, но не рисковали. Если Генма правильно прикинул, то все трое из Кири либо чуунины, либо тоже токубецу. Короче, не выше них по рангу. И с учетом, что он их в глаза не знал, да и на имя его не отреагировали, они не были сильно известны и не были охотниками. Все же, его головушка в кирийской книге Бинго была. Райдо чуть скосил взгляд на Генму. Генма ответил ему едва заметным движением плеча. Мол, да, слышал. Нет, пока не дергаемся.
- Принято, - сказал он вслух.
Кирийцы держались корректно, один впереди, второй сбоку, Моне замыкал, пленник между Райдо и одним из патрульных, сам Генма шел предпоследним. Но сама расстановка уже напоминала Генме, что доверие тут пока тоньше лески. Один неверный жест, одна слишком нервная реакция, и ситуация может резко испортиться.
Райдо шел спокойно, но Генма знал эту спину слишком хорошо и расслабления там не было. Намиаши держал пленника так, чтобы тот не мешал, и одновременно оставлял себе возможность в любой момент отбросить его в сторону и закрыть Генму от удара. Генма, в свою очередь, держал в поле зрения и патрульных, и Моне, влажные ступени святилища, по которым очень легко было оступиться.
- Знаешь, - негромко сказал он Райдо, когда они прошли первые тории и спустились ниже, - я тоже теперь голоден.
Намиаши закатил глаза. Он понимал, что Генма решил разрядить обстановку.
- По крайней мере, в засаду нам сейчас не светит, радуйся, - подхватил Райдо, за что ему было большое человеческое спасибо. Генма хмыкнул. – Я бы сожрал даже местную плотоядную рыбу.
- Не ной, - одернул его Ширануи.
- Я не ною, а просто информирую командование о состоянии личного состава.
- Командование к сведению приняло, ты ноешь.
Один из кирийцев впереди, кажется, услышал. Плечо у него дрогнуло так, будто он или сдержал смешок, или раздраженно дернулся. Генма предпочел считать, что первое. Возможно, роль Моне здесь была больше, чем он сам показывал. Все же, он обещал им отдых, не мог же он просто так взять это с пустого места?

Генма почти физически почувствовал, как напряжение в небольшом отряде начало понемногу стихать. Не исчезать, конечно. Для полного расслабления рядом находилось слишком много шиноби, которые буквально недавно были в состоянии войны. Но внимание наконец перестало быть целиком приковано к возможным направлениям атаки. Райдо посмотрел на мясо, полетевшее в котелок, с таким искренним одобрением, словно патрульные Тумана только что предъявили самый убедительный документ о сотрудничестве.
Еще несколько минут назад пятеро шиноби вели себя так, словно любое лишнее движение могло стать началом нового боя.
- Вот видишь, - негромко сказал Генма, когда они вошли в скрытый грот. - Стоило заговорить о еде, и Намиаши почти забыл, что нас могут убить.
- Я ничего не забыл, - возразил Райдо, внимательно следя за тем, как Моне присел у котелка. - Просто решил, что на сытый желудок на тот свет как-то приятнее.
Генма усмехнулся и позволил себе чуть внимательнее осмотреть убежище. Грот выглядел хорошо подготовленным для долгого пребывания: генератор, обогреватель, запасы воды и топлива, места для сна, огороженный угол для мытья, лампы, сушилка с мясом, кострище, утопленное в пол. Практично, скрытно и достаточно укреплено, чтобы переждать не только непогоду, но и нападение. Разговор был нарочито глупым, бытовым и совершенно неважным, поэтому срабатывал именно так, как было нужно. Шиноби Кири больше не смотрели на них так, будто каждое слово может оказаться кодовым сигналом к атаке. Они теперь могли нормально осмотреться и сориентироваться. Райдо очевидно не слишком был рад тому, что происходило, но он прекрасно понимал, что действуют они по ситуации. Кирийцы вполне могли решить, что хороший шиноби Листа – мертвый шиноби Листа или вовсе отобрать у них «добычу». А Пятая им оторвет головы за международный скандал. Так что они обязаны были вести себя как рядовые шиноби, у которых из интересов – пожрать, поспать, вернуться домой. Не то чтобы Генма с Райдо претендовали на что-то большее, но положение обязывало.
Патрульные тем временем занялись пленником. Они делали это спокойно и профессионально, не пытались что-то скрывать, но и не спрашивали у Конохи разрешения. Генма не возражал, но с Райдо они переглянулись, понимая друг друга без слов. Они пересекли море не ради того, чтобы найти доказательства, передать их первому патрулю и вернуться домой с устным обещанием, что потом им обязательно все расскажут. Но устраивать спор сейчас было рано. Намиаши встал и потянулся, словно бы специально расслабляясь. Генма склонил голову набок, но позволил ему, наверное стоило поменяться местами, но ему следовало заняться травмами, друг был прав, берясь за это дело.
Намиаши подошел к патрульным спокойно, держа руки и оружие на виду. Один из кирийцев поднял на него взгляд, но не попытался остановить. Райдо присел на корточки рядом со свитками. Ширануи бросил на него взгляд, но полностью положился. Намиаши мог стоять рядом с человеком, который несколько часов назад пытался его убить, и обсуждать порядок заполнения документов так, будто речь идет о выдаче оружия со склада.
Генма медленно перевел взгляд на Моне, который как раз наклонился над припасами, выбирая, что еще отправить в котелок. Ну, он тогда переключится на него. Все же, он сражался с ними бок о бок и именно он им обещал довольно честный итог. Генма подсел рядом. Рядом, и достаточно близко, чтобы плечи почти соприкасались, если кто-нибудь из них неудачно повернется.
Он взял несколько сушеных кореньев, проверил запах и начал ломать их на более мелкие кусочки. Он бросил коренья в котелок и потянулся за травами одновременно с сенсором. Их пальцы столкнулись. Генма не отдернул руку.
Только чуть приподнял бровь и позволил Моне первым решить, кто именно уступит приправу. Потом он все же отпустил ее.
- Мяса достаточно, - сказал он, разглядыва похлебку. - Даже Райдо не сможет заявить, что его морят голодом.
Запах еды постепенно заполнял грот, вытесняя гарь, кровь и сырость. Плечо Генмы ныло, бок неприятно тянуло, мышцы после молний и продолжительной погони отзывались тупой болью.Генма достал плоскую коробочку с мазью и несколько раз покрутил ее между пальцами. Потом посмотрел на Моне.
- Ты ведь не забыл, на чем мы остановились?
Он, конечно, флиртовал очень номинально, шутил скорее. Просто немного располагал сенсора к себе. Ничего действительно серьезного ни с одной из сторон. Он отложил цяньбэнь рядом с собой и начал расстегивать жилет. Делал это спокойно, без малейшего смущения и, пожалуй, даже чуть медленнее, чем было необходимо.
Жилет лег рядом с костром. Следом Генма стянул через голову промокшую кофту и остался с обнаженным торсом, повторяя недавний пример Моне. Кожа была покрыта ссадинами и начинающими темнеть ушибами, плечо заметно покраснело, на боку оставался след от удара, а на спине наверняка уже появлялся синяк после того, как Райдо спас его от взрыва. Генма зачерпнул немного мази и начал наносить на плечо. Средство холодило кожу, постепенно убирая боль, но дотянуться до задней части самостоятельно было неудобно. Он попробовал один раз, поморщился, а потом без лишнего замешательства протянул коробочку Моне.
- Раз уж ты сам вызвался быть сложным пациентом, придется начать с практики, - сказал он. - Поможешь?
Он повернулся к сенсору спиной, чуть убирая волосы с шеи, чтобы открыть плечо полностью.