Вообще, это были самые странные сутки в его жизни. Нагато практически не ощущал боли – слабые отголоски только, причем настолько не ощущал, что несколько раз жутко пугался этого. Не болит, значит ты не жив. Но он чувствовал себя… превосходно, если честно. Это тоже было дико странно.
Он долго отмокал под душем, так не до конца и веря, что нормально ощущает теплую воду, скользящую по коже, он выспался – нет, серьезно, он впервые за годы спал крепко, да еще и на спине. Он подстриг себе волосы, удивляясь, как это странно ощущается – ведь до того он занимался только внешним видом собственных тел.
Нужно сказать, он еще не особенно верил своим ногам, хотя честно пытался делать это, но большую часть этих очень странных суток он провел в постели, обложившись подушками. К одежде он не особенно привык, равно как и к восприятию собственному и личному, и потом то дергался, то наоборот замирал. Из-за того, как маниакально он подготовил дела к передаче, работы тоже не особенно оставалось, так что он проводил время в ворохе свитков с техниками, книгах и только убедившись, что он чувствует себя в теле достаточно уверенно, он связался с Зецу, чтобы тот позвал, наконец, Обито. У них была огромная прорва дел к обсуждению, причем дел, которых нельзя было отложить. Да и Нагато обешал ему прозрачность. И сфокусироваться на джинчурики.
Вообще, по большей части он хотел с ним переговорить и просто по человечески, Помимо вороха дел на согласование – например, заказа на то, чтобы за очень большие деньги очень хорошо разнести Иву – и плана насчет поимки остальных джинчурики, ему хотелось поговорить в целом, в свете того, что он услышал от Какаши. Ну и да, про Хатаке тоже стоило. К тому же Нагато планировал припахать Обито с чистке памяти Сакуры. У него был неплохой план – убрать шаринганом действительно важное и секретное, а потом сверху положить печать Сасори, которая скрывала в целом детали памяти. Сверху – его гендзюцу. В таком пироге никто ничего реально важного не найдет, не говоря уже о том, чтобы сломать его технику. Он полагал, что ничего реально серьезного с ней не сделают – Цунаде свою ученицу ценила и берегла, а развлечения его авторства в чужом сознании могли вполне быть проблемой даже для лучших умов Конохи. Не станет ли Сакура после того овощем – это была реальная опасность. Потому он был уверен, что сильно ковыряться в ее разуме не будут. А если и будут и что-то там повредят… ну, он обещал Итачи не уничтожать деревню. Охота за головами в договоренность не входила.
Нагато поправил край темной юкаты, что сползла с его плеча. Из-за специфики техник, он еще не привык к обычной одежде, да и терморегуляция его несколько подводила. Потому он был в юкате, которую очень легко скинуть, сверху в плотном и теплом плаще Акацуки, что едва держался у него на локтях, а следом был накинут плед. Ввиду общей нестабильности его состояния, в Аме лил дождь с грозой и было жутко холодно. Нагато даже подумывал помедитировать, чтобы присмирить погоду.
Вообще, свеженький барьер над деревней позволял ему многое – сейчас вот, помимо чтения, он развлекался за тем, что следил за Саске Учихой, который тренировался с молнией на одной из открытых площадок на нижних уровнях Башни. Нагато порывался заставить кого-то установить там дополнительный громоотвод, но справедливо рассудил – раз пацан пережил то, что у него старший брат Итачи, от Райтона умереть не должен. Другим порывом было пойти посмотреть на его техники и прикарманить что-нибудь, но Нагато сдерживался. Не особенно из уважения – скорее от того, что ему до тренировок самому еще далековато. Впрочем, руки чесались.
Учиху он попросил зайти не в привычное место и не в кабинет – тут пришлось уточнить, что «ко мне» имелось ввиду непосредственно его личные комнаты, куда больше напоминающие необжитую рабочую зону, чем то место, где кто-то жил на самом деле. Он вообще кровать сюда только вчера и принес.
Учиху он почувствовал в момент, когда пространство исказилось. Восприятие его последнее время очень радовало, точнее… Отсутствие помех от Гедо, да и то, что все чувствовал он непосредственно сам, без передатчиков и прочего. Он повернул голову к Обито, чуть выпрямив спину, чтобы сесть ровнее.
- Привет.

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

Судя по виду чакры Учихи, тот сейчас был… ну, зол это мягко сказать. Чакра Обито пылала огнем и пеплом, с горьковатым привкусом, и Нагато даже задумался успеет ли он отреагировать, если вот это все сейчас обрушится прямо на него. Свитков разве что будет жаль. Но Учиха хорошо держал себя в руках, относительно. Ну, по крайней мере Нагато отправил Тендо и Гакидо к камере, в которую тот самый Учиха что-то притащил. Подавления чакры никогда не было много, но Нагато надеялся, что Учихе хватло сил вкатать в иллюзию и Гаару, и Шукаку обоих, иначе если отрубится джинчуркии, у них будет в башне пришествие енота, а махаться с ним посредит деревни Нагато не горел желанием. Хотя ладно, вот это было бы точно отличной проверкой способностей.
Впрочем, Учиха на него практически рычал. Нагато остался этим практически невпечатленным, но тем не менее, здраво решил не выпендриваться. Он сделал жест рукой, тяжелое кресло развернулось и плавно перелетело по воздуху подле Учихи.
- И тебе доброго утра, - пробормотал он приветствие повторно, но решил не особенно бесить Обито. Тот итак воздержался от комментариев, но вообще-то Нагато ухитрился не наделать никаких глупостей и плюс-минус нивелировать ситуацию.
Гакидо тем временем все же добрался до Казекаге и начал плавно поглощать чакру – что человека, что зверя. Особенно зверя. Нагато сделал последнюю пометку в записях по технике и поднял взгляд на Учиху обратно.
Ладно, он довел его достаточно.
- Мы поймали и запечатали Двухвостого, все успешно. Не прошло без проблем в виде Кумогакуре, но теперь Райкаге вместе с джинчурики охотятся на нас. Акацуки расползись на задания, сейчас по большей части не будут мельтешить перед глазами пока Райкаге не вернется к делам деревни. Запал у него пройдет рано или поздно. Таким образом следить за Хачиби довольно удобно, хотя столкновение будет весьма проблемным. Ивагакуре готовится к войне с нами. Более того, они посмели отправить сюда очень хороший отряд и едва не раздолбать мне несколько высоток. Впрочем, я выяснил довольно много оперативной информации насчет Ивы, - он дотянулся до стопки свитков и кинул один Учихе. – А еще нам пришел заказ от Империи на то, чтобы разнести Иву. Считаю, крайне своевременно. Джинчурики там больше нет, но дед доставляет проблемы. Я собрал план, это может быть очень неплохо для того, чтобы развалить формирующиеся союзы. Что до союзов, кстати. Я встретился с Теруми Мэй. Она очень хочет нейтралитета и даже не против того, что мы уведем ее хвостатого зверя, если оставим в покое шиноби и самого носителя. Да и воевать с Аме она не планирует. Я сделал несколько мелких услуг для нее. Если сообщения о Треххвостом, пока ничего конкретного, но, наконец, мы можем его заполучить.
Нагато докладывал как оперативную справку, но все же следил, чтобы не перегнуть и без того тонкое чужое терпение. И потому приступил к более важной части.
- Мне подвернулся медик, с помощью которого я восстановил тело, - он благоразумно умолчал о рисках. Хотя чужой взгляд пылал все еще выразительно. – Как оказалось, чакра хвостатых обладает весьма интенсивным восстанавливающим и лечащим эффектом. Так что если будешь бить – погоди, я закончу с Казекаге.

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

Мало что в мире могло Нагато нервировать, но его товарищ по мировому господству к этому «мало» относился. Нагато уважал его, любил его, опасался его. И Обито явно мог понять, что снятая маска равно как и некоторое размытие границ между ними определенно плохо повлияли на Нагато. Но с другой стороны, он уже перебесился после происходящего и в целом-то не собирался делать каких-то глупостей. В том плане, что из-за утечки они были в такой глубокой заднице, что их вытащить могла разве что ликвидация целой Конохи до основания. Чего Нагато, между прочим, не сделал. А то, что он засветился сам… ну, на текущем фоне это уже были мелочи – иначе пришлось бы ждать гостей на собственной территории.
Нагато видел, как Обито зол на него, и хоть он понимал, что играет с огнем, границ более не переходил, сменил тон на более спокойный, выпутался из своего условного гнезда и сел более формально, но расслабил спину, опираясь на одну из подушек.
- Я предусмотрел вариант собственной смерти. Он был вероятен, но не настолько, чтобы мне стоило ставить тебя в известность при новых фактах. Давай по-порядку. Я встретился с Учихой Итачи, и как ты просил, был готов отпустить его из организации. Он пришел с Ламиноко, и мы еще и его младшего брата ждали. В целом мне удалось договориться с Итачи, и вывести его с нашего пути по сбору биджу… В свете новых фактов плата, которую я ему пообещал за верность, ничтожна. Естественно, ни о какой верности речи и нет – он хочет твоей смерти. Но не посмеет что-то предпринять так, чтобы у меня была возможность вмешаться. Нам выгоднее наблюдать за ним и использовать, чем пустить его в чужие руки. После этого у меня произошло весьма сомнительное знакомство с его подругой. Будь осторожен с ее Мангеке. Мне было не до сбора подробностей, все, что знаю – она накладывает гендзюцу по области и способна запечатать чакру. Собственно, Учиха Саске вероятно под это и попал. Нам пришлось вытаскивать его из боя с Конохой.
Нагато посмотрел в чужое лицо и пылающий шаринган.
- Хатаке Какаши здесь, в плену. Его ученица – и ученица Цунаде – были медиками. Оказывается, из информации, выбитой из Сасори, утекло мое лицо, ну и с учетом, сколько лет мы знакомы, там прикинуть было не сложно. Джирайя рассказал все детали джонинам Конохи и меня Хатаке ухитрился идентифицировать, - Нагато на мгновение ответ взгляд. – Твой… шаринган в порядке. Я забрал Хатаке по большому счету потому что не желаю случайно его убить, а в Конохе мы уже столкнулись в бою.
Он вернул взгляд на Обито и выдержал все, что могло в этом взгляде быть. Он знал, что Учиха воспримет эту новость без удовольствия, и ощущал… опаску. Практически страх. Он знал, что сейчас либо Учиха начнет его разбивать морально, либо они все же дойдут до рукоприкладства. Он склонил голову и пряди волос закрыли часть его лица.
- Его ученице почистим память. Если хочешь, можешь сам заняться. Хатаке останется у нас. Он считает тебя героем, знаешь об этом? Равняется на твое мнение.

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

Нагато дрогнул, когда Обито схватил его и на мгновение опустоил взгляд, ожидая удара. Он не был против этого, и знал на что идет – он бы кинулся на Обито из-за Конан точно также, так что очевидно было, что Учиха будет в ярости еще в тот момент, когда он отдал приказ. Но с другой стороны, отпускать Шаринган и дорого человека Обито так, чтобы тот убился где-то было не слишком благоразумно. Нагато заранее представлял, что будет с Учихой, если он случайно убьет Хатаке. Или его люди убьют. Он не хотел ему этой боли.
Не говоря уже о том, что кто-то из Учих мог решить, что вернуть Шаринган в клан – отличная идея. Итачи вряд ли, он явно был с Хатаке заодно. Но вот Ламиноко или Саске… Они не слишком хорошо приняли правду, и чужой глаз мог показаться им трофеем.
Да и что говорить – Обито ведь сам обозначил насколько ему не плевать. И сейчас он был в бешенстве ровно поэтому. Так что Нагато даже удивился, когда его не ударили.
Он подхватил деловой момент.
- Я в курсе, мы хоть и заметно пострадали в информационном плане в Суне, но не критически. Кроме того Казекаге запросил помощи в освоении ресурсов у нейтральных стран и Аме рада будет ее оказать… Но раз ты притащил его, но это более неактуально. Я сейчас вытягиваю чакру Казекаге и Однохвостого и накладываю на него печати. Начнем запечатывание когда основной состав разделается с миссиями. Жаль, конечно, я бы его усыпил, но Шукаку выйдет из-под контроля, - Нагато говорил ровно и отстраненно будто о технической задаче. Ну, для него это и было делом техники. Впрочем, насчет биджу им было что обсудить помимо запечатывания, однако позже. Нагато видел как клубится чужая чакра и чувствовал себя виноватым за это. Он не хотел напоминать о плохом, но как ни крути… Да и неповиновение высказывать или выражать он тоже не думал – в конце концов, он действовал сам не потому что хотел Обито поставить в такое положение.
Однако… выглядело это, конечно…
Он вздохнул.
- С кольцом – ну, продолжим запечатывания в сокращенном составе. Какого бы уровне ни были сенсоры Конохи – они не отследят Гедо с помощью кольца, да и меня тоже. Я изолировал его от остальных, а связь никогда не была полностью двухсторонней в привычном смысле. К тому же, их максимум это техники Яманака в этом случае, а проводить что-то через мой проводник – гиблая затея. Сейчас угрозы нет, - он встал с постели, хотя все еще не так уверенно стоял на ногах, как хотелось бы. К Обито, впрочем, он подошел спокойно и плавно, впервые за годы заметив, насколько тот выше него. Из Путей он не замечал этого, а сейчас – ощутил, бросилось в глаза. Он, прекрасно понимая, что очень рискует, протянул руку и попробовал коснуться чужой, не зная пройдет ли его касание насквозь.
- Для тебя риска не было. Даже если бы я умер, Риннеган и все остальное досталось бы тебе. Ты ведь зол не из-за этого, - Нагато не думал, что проблема в его жизни или смерти. В Хатаке вот да. – Мне было не особо до размышлений в тот момент. Но он вне опасности. Я не причиню вреда… твоему, - он не стал обозначать чему именно его. В каком-то смысле и план был Обито, и Какаши. – Я полагаю, они работают с Итачи заодно. Не могу доказать это прямо, но вероятность довольно большая, учитывая их прошлое с АНБУ и то, что именно Хатаке всегда оказывается на пути Акацуки, да и связи с Джираей-сенсеем.
Нагато медленно выдохнул.
- Слушай, ты можешь меня ударить, если будет легче, - все же озвучил он. – Это вряд ли будет считаться нарушением… чего бы-то ни было… Стой.
Его глаза резко расширились и он метнулся в сторону, заметив буквально каплю чужой чакры.
- Повернись. Сними верхнюю часть одежды, - Нагато склонил голову набок, хмурясь и пытаясь выловить нить в чужом потоке. – Мне нужно видеть твою голую кожу и поток чакры, - он спохватился, понимая, что без контекста это выглядит… - Я вижу и чувствую на тебе след чужой чакры, не могу понять, что именно, оно старое и слилось с общим током чакры.

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

Нагато кивнул, хотел сказать Обито все, что он думает о его фразе, но не стал, привычно прикусил язык сдаваясь и признавая чужое превосходство. Обито имел право его одернуть, равно как и имел право уточнить, что о нем Нагато не должен и слова сказать. И да, он потерял материальность. Риннеган зафиксировал то, как вспыхнула чакра в чужом Мангеке, Нагато отследил, разглядывая теперь эту пространственную технику с близкого расстояния, но ничего не сказал. Принцип того, что он видел и принцип виденного Мангеке Хатаке Какаши сходился, Нагато не мог уловить детали просто наблюдая пассивно, но вот пронаблюдать то, как его пальцы прошли сквозь образ чужой плоти, было весьма важно.
Он склонил голову набок, его Риннеган слабо мерцал, отслеживая все движения чакры, и он молчал.
Молчал и он на агрессию Обито, лишь прикрыл глаза и чуть сжал губы. Сказано ли это было от эмоций или от того, что Обито действительно хотел его смерти. Даже в плохие моменты – их было много – Нагато не хотел его смерти. Потому – он молчал вообще на все, не желая сейчас наговорить чего-то, о чем он сам очень пожалеет. Мадара – Обито – он был… Таким. Нагато должен был привыкнуть к этому. Они были на одной стороне, но они не были друзьями или кем-то близким.
Лишь двое сторонников против всего мира. Это было естественно. Нагато лез куда не просят, действовал непокорно и неудобно – но если бы Обито действительно хотел ему навредить всерьез – навредил бы.
Он мог, хотя всерьез Нагато не желал этого проверять, он был ужасен в защите, нападение было его стратегией буквально всегда. Справившись с собой, он недовольно дернул плечом.
- Можешь не учить меня этому. Аме вообще не в курсе всего, и ведет себя также. Более того, ведет себя как жертва, - он встретил чужой пылающий взгляд. – О тебе никто ничего не узнает. Обо мне – я знаю уже, что известно ему и Конохе. Джирайя… Надеюсь, Хатаке там один такой умный, кто может сложить детали. Сотрешь значимые детали из памяти Харуно ночью, пока она будет спать, - Нагато не стал пояснять, почему просит именно его. Очевидно было, кому он может доверять такие вещи абсолютно. Дальше в голове Сакуры будет многослойное развлечение уже его рук, но мастера работы с чужим сознанием лучше Обито просто не было в мире. Мизукаге свидетель. – Если я прав в своих предположениях, он хочет выяснить о нас что-то. Вероятно, помочь Итачи. Потому я предпочел бы держать его как можно ближе.
Нагато задумчиво хмыкнул.
- В плане информации, Хатаке не может дать мне больше, чем я уже получил, впрочем, ему придется.
Он спокойно – насколько мог спокойно – выдержал чужую ярость. Молча, хотя он чувствовал, как запекло ему щеки. Обито… дело было не в ругани, он тут недавно трое суток Хидана слушал. Обито обвинил его в…
Ками.
Но хоть подчинился. Нагато смотрел на его спину с ровным любопытством человека, которого мало что может смутить. Сила чужого тела могла его перешибить, определенно. Он кивнул.
- Ну, поздравляю, ты в смертельной опасности, - он смотрел ему между лопаток. – На тебе печать Минато-сана. Летящего Бога Грома, если я правильно помню название, - Нагато протянул руку, но пальцы замерли, не коснувшись. – Мне ее снять? Для этого извини, ты должен быть материальным.
Нагато рад был, что Шаринган – не Бьякуган. Он не так хорошо владел собой, чтобы сейчас реагировать на Учиху настолько спокойно. Убить значит, хочешь…
Если Итачи сболтнет о нем Конохе, вероятность выйти на него будет выше, и Хатаке, который не в Конохе и никак не сможет светить своим Мангеке в слишком умные глаза… Если он догадался, что они связаны – Итачи догадаться тоже может, если хоть раз видел этот узор. Благо, по характеру техники догадаться было нельзя.
Нагато сдержав острое и яростное – так почему не попробуешь убить.
- Минато-сан сейчас в распоряжении Орочимару. Тот уже был очень любезен, продемонстрировав его. А ты знал, что Девятихвостый, оказывается, урезан в половину?

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

- Мы не можем убить Итачи, - проговорил Нагато мягко. – Как минимум потому что сейчас есть еще двое Учиха, которые будут огромнейшей проблемой, если мы это сделаем. Как максимум – его еще можно использовать, а у нас не выловлено достаточное количество биджу. Не говоря уже о том, что он настоящая заноза в плане силы и навыков теперь, когда он вылечился. Если ты хотел его убить, нужно было шевелиться раньше.
Нагато прижал руку к чужой коже в тот момент, когда Учиха оказался полностью материальным рядом с ним. Его кожа была теплой. Почему-то казалось, что он будет таким же мертвенно-ледяным как и его пути, однако он оказался теплым как и сам Нагато. Даже теплее.
Гакидо.
В печати было немного чакры и она скользнула в пальцы практически сама. Как только она растворилась, Нагато отнял пальцы, чтобы не втянуть еще больше чакры следом. Он отступил на полшага, хмурясь и разглядывая Учиху. Вообще, печать Хирайшина была невероятно опасной штукой – она полностью встраивалась в поток чакры человека и была неощутима. Не удивительно, что Нагато заметил ее только сейчас – по большому счету, он знал какой оттиск чакры искать, но и опять же, состояние давало. Да и нормально увидеть он ее смог только заставив Учиху одеться. Однако его чакра все еще была вихрастая и неспокойная, Нагато не был уверен в чем причина.
- Можешь одеться, все, - он все еще не сводил взгляда с Обито, заметив некоторую скованность его движений. Повертел это и так, и иначе. Не понимал. Дело в том, что он не хотел ему довериться? Или показать после лица тело?.. Нагато моргнул. Может, дело в том белой части его тела? Техника или что-то такое? Не хочет, чтобы Нагато понял, что это?
Он всмотрелся в Учиху и у него, наконец, щелкнуло. Тому было… неловко. Ну, Нагато мог понять, однако… Обито-то что нервничать? Нагато наломал дров больше и масштабнее, и он представал перед Обито в состоянии такой ненавистной жгучей слабости, что… Учиха, даже если бы его жизнь приходилось защищать, не мог бы пасть ниже. Всего лишь какая-то печать…
Они были товарищами, даже если Обито хотел его смерти.
Нагато дал ему пространства, отступил сильнее и оперся на свой стол – он в отличие от постели не был завален свитками, а кусками металла, кистями и печатями.
- Учиха Ламиноко. Насчет способностей ее мангеке я уже сказал. Признаться, то, что она способна так запечатать чакру – впечатляет, над этой печатью в лоб биться очень долго. Хуже чем обычные техники. Что же до того, кто она… Ну, из Конохи я выцепил, что она появилась случайно и ее определили в АНБУ. Советники дали Данзо зеленый свет насчет ее в конечном итоге. Но особенных деталей не знали, и у нее была потеря памяти, которую не смогли восстановить. Как я понимаю, смог Итачи, и Ламиноко рассказала мне некоторые детали о своей жизни. Ее отец убил ее мать на ее глазах. Он был идеалистическим ублюдком, повернутым на господстве Учиха, так что… - Нагато хмыкнул. – Мы поговорили по душам, я напомнил его, - он опустил факт нападения, но тут моргнул и щелкнул пальцами. – У них с Итачи что-то странное в отношениях. Он не сказал ей, что Риннеган невосприимчив к гендзюцу. Я полагаю, он решил использовать ее в качестве оружия или чего-то такого. У нее очень удобные для этого способности, и главное – она фанатично на Итачи помешана. Я попробовал несколько… - он неопределенно повел рукой. – Изменить расклад, но любовь, молодость и вспыльчивость ужасная смесь.
Он задумчиво перевел взгляд на Учиху.
- Вся эта история выглядит невероятно странно, если честно. Ты лучше моего понимаешь Итачи. С чего бы ему угрожать мне ради женщины? И при этом тащить ее сюда к нам, в самое пекло? Это либо какая-то замудренная игра, либо он преследует сразу две цели. Либо делает ошибки.
Нагато помолчал еще немного.
- У нас будет какое-то количество времени за счет Орочимару. Итачи придется отвлечься на него потому что Змей очень хочет обратно своих подручных и Саске. Он спрашивал о Гурен и Якуши Кабуто. Ты их не забирал для себя? Я ему намекнул, что не стоит лезть к Учихам, намек Орочимару не понял. Так что он полезет за мальчишкой, на котором его Проклятая Печать. К тому же, сам Саске сейчас здесь. Итачи не станет дергаться… пока. У нас есть время. Не так много, как хотелось бы.
Он потер лоб и снова посмотрел на Обито, все также всматриваясь в его чакру. Что-то дергало его, но ничего явного он не видел. Быть может дело было в странном смешении чакры половин его тела?..
- Ты думал, что случится, если нам не хватит чакры? Я имею ввиду… неважно чей план будет в итоге. Сейчас оказалось что половина Кьюби где-то бегает, и я надеюсь Минато-сан не ляпнет что-то на эту тему Змею. А если чакра кончится? Биджу регенерируют чакру, да – но не в Гедо. Я подумывал о том, чтобы сделать что-то вроде их фермы, оставляя кусок и заставляя регенерировать чакру вне статуи.
Он коснулся своих теоретических выкладок и расчетов, но передавать их Учихе не стал. Просто чуть согнул спину. Она фантомно до сих пор ныла.
- Устраивать очередную войну с Итачи и раскол наших сил довольно бессмысленно сейчас. У него на стороне слишком много сил и информации. Даже если я убью его, палки в колеса будет ставить его брат и Ламиноко. За его братом потянется Коноха. Не говоря уже о том, что я не хочу его убивать. Впрочем, он может не оставить мне выбора. Я показал ему одно тела, о которых не в курсе в Конохе.
Он не стал пояснять, что таким образом прямо поймает Итачи за руку на горячем, и если ему повезет, Саске и Ламиноко к тому моменту достаточно будут ненавидеть Коноху, чтобы просто не понять смену лояльности. Это, конечно, не избавит их от кровной мести за смерть Итачи, но… у них будет еще крупица времени.
- И еще, Империя. Ты смог что-то узнать? Что это? Донесения довольно специфические, заказы от них - тоже. Мы не упустили какого-то хвостатого туда?

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

Вообще Обито прекрасно знал его взгляды на предательство и доверие, не мог не знать. Потому Нагато чуть нахмурился. Однако он прямо считал что Итачи не действует в лучших интересах Ламиноко и Саске, потому - молча кивнул на распоряжение.
- В этом случае держи с ней не менее средней дистанции, она быстрая и у меня нет гарантий, что твои методы защиты помогут, - он хмыкнул. Итачи есть Итачи, да... Нагато не стал упрекать Обито в том, что тот ухитрился упустить юного Учиху. Или вовсе притащить ему лазутчика в дом. Ладно уже, он сам не лез, он сам поплатился. - Знаешь ли ты условия, в которых Итачи получил такие повреждения чакросистемы и глаз? И как он излечился. Или даже нет смысла пытаться ослабить его повторно?
Если так у них в противниках монстр не менее него самого, способный генерировать Аматерасу и Цукуеми в огромных количествах. Чисто технически если дойдет до боя... Драться снова ему. Нет, в идеальном мире Ламиноко сама заблокирует чакру Итачи как бы чего не вышло, а от убийства Нагато Обито как-нибудь остановит сам... Но вероятность была ничтожна.
Нагато задумчиво склонил голову набок. Видимо, ему придется посидеть с техникой распечатывания печати Ламиноко... Если Обито все же под нее влетит... Мда. Им работать придется вместе и ближе, чем они привыкли. Он чуть прищурился.
- Интересно. Зачем они Зецу?.. Ладно, разберемся, - он пожал плечами, а потом все же потер лоб. - Ты же мне не расскажешь, кто он и почему часть твоего тела схожа с его?
Он принял от Учихи свитки и бегло просмотрел, а потом все же хмыкнул.
- Девятихвостый разделен по Инь и Ян. В теории проще будет взять ту, что Инь... Ладно, я посижу над этим. Ты не против, если я использую Шукаку для опытов? - уточнил он все же, хотя первоначально даже не планировал спрашивать. Но... Открытость, да. Он бросил короткий взгляд на свитки снова и отложил их.
- Моуре. Не слышал, однако много лет назад Коноха сталкивалась с Демонами и помогала запечатывать нечто. В любом случае, мы выгребли доступные задания в регионе и это позволит занять там Итачи. Ну и Ива... Ты не против, если я выполню задание насчет нее? - он позволил себе тень мальчишеской улыбки, но погасил ее довольно быстро. - Я думаю, Империя нас быстро кинет. Даже если мы договоримся о сотрудничестве. Я бы предложил использовать ее для того, чтобы оттянуть силы деревень подальше от нас пока мы охотимся на биджу. Можно даже помочь, - он помолчал. - Мне не нравится, что я не понимаю уровень сил и природу этого Моуре. Полученные донесения не имею особого смысла, а исторические сводки довольно бредовы. Давай выясним больше прежде чем закрывать вопрос? - он помолчал. - И мне не нравится, что мы не имеем прямой связи. В текущей ситуации я не уверен, что мой первоначальный план с Аме верен. И если ты меня ругаешь за глупости, так дай возможность связываться с тобой самому... И уточнять, когда я собираюсь их совершить.
Он некоторое время молчал, не отводя взгляда, потом все же опустил его и явно движением и тела,и чакры дал понять Учихе, что расслабился. Он вернулся обратно на постель и откинулся на стену, давая отдых спине.
- Сейчас мы должны быть в ожидании. Я приказал всем делать стандартные задания и в целом быть тише. Раз ты решил вопрос с Казекаге, то следующей целью будет Треххвостый. Если я прав, Мэй не будет особо лезть, а просто сольет об нас противников режима.
Он глянул на Обито внимательнее и склонил голову перед ним чуть.
- Спасибо, - благодарил он и за то, что Учиха доверился ему, и за Шукаку, и за то,  что они все смогли нормально обсудить... Впервые за долгое время.
- Извини, за... Что я сделал все за твоей спиной.
Обито бы его придушил за риски, наверное. Хотя... Может быть наоборот обрадовал бы. Он не жалел, что сделал это и сделал это так, но извинялся скорее и за Хатаке, который очевидно был Обито важен, и за то, что заставил его понервничать. Он, на самом деле, понимал, что ему не нужно одобрение Учихи - ни действий, ни решений, но с его поддержкой все равно было легче. К тому же кризисную ситуацию они более-менее разозобрали и вышли из нее без потерь.

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

Глаза Нагато расширились, когда он услышал слова Учихи – настолько яркого удивления он не ощущал давно. Он не ожидал с Обито разговора по душам, его взгляд метнулся по стенам. Сенсорика молчала. Они, кажется, подумали об одном и том же не сговариваясь, чего не было лет пятнадцать между ними.
- Да, я могу. Зайди через пару дней, этот метод связи будет оперативнее для того, чтобы ты сказал «нет», - Учиха все еще не особо смотрел на него, а Нагато всматривался в его фигуру и не мог понять… детали. Он сложил пальцы в печать, толкнул свою сенсорику по Башне сверху донизу, но это не всегда было стопроцентным ответом. По большей части он знал, когда Учиха или Зецу присутствуют, но всегда оставался некоторый момент, который он не мог ощутить. Годы с этими двумя сделали его параноиком.
Сильным параноиком.
- Саске и Ламиноко. Пусть останутся, Ламиноко сейчас работает с Дейдарой… взрывная парочка. Во всех смыслах. Я подумаю с кем поставить ее, - он хотел разделить сладкую парочку любовников и вообще ждал, что Итачи этой разлуке возмутится… но тот не сопротивлялся. Удивительно. Он, конечно, не лгал в плане того, что они были с ним в безопасности, однако… Лучше хоть какой-то рычаг с Итачи, чем никакого.
Нагато задумчиво скользнул взглядом по Обито, некоторое время молчал, а потом ему пришла одна идея…
Он склонил голову набок.
- Слушай, а можешь показать мне бой Ламиноко и Четыреххвостого? Будет проще, чем перессказ, - вообще Нагато не был уверен, что Обито его поймет, но этот трюк уже провернул как-то с ним Итачи, использовав гендзюцу для того, чтобы поговорить безопасно с ним наедине. – Можешь набросать в обычное гендзюцу Шарингана, - он полагал, что это излишняя предосторожность, но ему собственная спина свидетель – иногда предосторожности были далеко не лишними.
Он не предполагал, что Учиха прямо поймет его намек и сам предложит, но под гендзюцу они могли говорить весьма свободно. В конце концов, в тот раз сказанное Итачи удалось скрыть и от Обито, и от Зецу.
Нагато задумался, чувствуя, что упускает кое-что. Хотя нет, не упускает – Итачи буквально использовал гендзюцу и на Хатаке при нем. Только ли что бы вырубить?..
Нагато посмотрел в чужой шаринган, его собственные, более легендарные глаза, не скользили теперь по чужому лицу и нескрываемо горели. Он, конечно, мог понять Учиху неверно. Но…
- Ты тоже сомневаешься кому конкретно он верен? Кисаме, я имею ввиду, - годы с этим человеком научили Нагато одному – можно говорить истинную правду так, что она одновременно была и правдой, и ложью.

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

На самом деле удивительно, что владелец Шарингана не предложил побеседовать сам без лишних ушей, но Нагато давно привык к тому, что иногда Обито игнорировал сам факт возможности поговорить прямо. Видимо, сказывалось то, чем он занимался годы – выдавал себя за Мадару.
Нагато, естественно, не сопротивлялся – пожалуй, с его точки зрения в этом не было доверия. В отличие от того, что Учиха сделал – дал прикоснуться. При желании Нагато мог успеть его убить. Ну, попробовать. В иллюзии Нагато ничего не угрожало, однако сначала он все равно ощутил давление чакры Учихи и дал ему договорить, не подавая голоса и не особенно даже поднимая на него взгляда.
Обито снова вернулся к их расколу, и Нагато полагал, что возвращаться к этому они будут еще не раз. Как и оказалось, вбитый Итачи клин между ними был слишком неприятен и глубок, чтобы рана затянулась мгновенно. Она гноилась, нарывала и отдавала периодическими неприятными последствиями.
Благо, сейчас они все же дошли до этапа, когда могли прояснить подробности.
- Отвлечь от нас и разобрать его технику. Орочимару бессмертен, он бы вылез где-то в любом случае. Лучше знать как и где, нежели получать сюрприз. Кроме того, я не был уверен насчет Итачи в тот момент, это был в том числе вариант отвлечь его на проблемы его брата. И… узнать про Эдо Тенсей, - Нагато посмотрел на Обито прямо. – Я подумал о том же, о чем и ты, и я хочу знать детали этой техники. Это может быть даже не Зецу, а кто угодно еще, - Нагато чуть прищурился. – Если воскрешение Мадары срывается – а оно срывается – есть иные варианты техник, способных на это. Эдо Тенсей – одна из них.
Нагато покачал головой. Вообще давление чужой чакры его мало смущало. У Обито было ее достаточно, но в сравнении с собственным запасом Нагато это была капля в море, потому этот тип давления даже был в каком-то смысле приятен. Как массаж. Но Нагато понимал, что Учиха его юмор не оценит. Впрочем, Обито любил его нервировать и угрожать. И когда-то этот страх даже жил…
Но знание и понимание убивает страх. Учиха должен был уже почуять перемену, хоть Нагато ее и скрывал. Он помолчал пару мгновений.
- Зецу связан с Гедо, я чувствую это. Но, вероятно, не способен ее отобрать. Но Риннеган принадлежит Мадаре, и потому если кто-то может отобрать статую у нас – так это он. Судя по донесениям, Эдо позволяет контролировать мертвеца, но если Мадара и сам хочет этого, контроль не нужен, и ресурс свободен. И главный компонент проблемы – чакра воскрешенного является бесконечной.
Нагато какое-то время молчал, потом потер лоб и прошелся по пространству туда-сюда.
- Полагаю проблема в том, что он усомнился в твоем контроле надо мной, - Нагато вздохнул. – Или варианте убить меня, если я из-под контроля все же выйду. Мы должны сыграть, что все в порядке и я служу тебе как и раньше и ничерта не понимаю.
Нагато остановился и посмотрел на него.
- В тот раз ты не сказал прямо, что тебя контролируют. Только Зецу или есть что-то? – Нагато внимательно посмотрел на него. Всегда оставался вариант, что Обито не может говорить даже здесь. Нужно было дать ему возможность ответить. Нагато поискал варианты торопливо. Обито сказал, что хочет убить его, значит в целом можно оттолкнуться от этого.
- Ты не можешь или не хочешь убить меня?  - спросил он, так-то прекрасно зная ответ, но… Чакра качнулась между ними и Нагато торопливо прибрал ее, чтобы случайно не разбить гендзюцу. Вот что у Учих была за привычка давить на него именно этим?

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.

Нагато кивнул, не желая акцентироваться на том, о чем думать ему не хотелось. Он бы не стал врагом Обито, даже если бы тот действительно был виновен сильнее, так, как пытался выставить Итачи. Но… оне не был. Они оба знали это. Нагато вряд ли смог работать с ним и дальше также, но… Убить бы его он не хотел. Хотя вот это «хотелось и не раз» между ними за годы поднималось… как раз вот это самое «не раз».
Но значит… вытащить Обито из того, что заставляет его подчиняться Мадаре – поставить собственную жизнь на кон перед этим человеком уже всерьез. Зная, что Обито хочет отнять ее у него – иначе Риннеган он из него не выбьет.
Нагато поднял на него глаза и склонил голову немного вбок. Обито, кажется, опасался Мадару. Боялся… вряд ли, но боялся оказаться в зависимости от него – определенно. Нагато чуть склонил голову, думая и не глядя на него. Разбить оковы, сдерживающие Обито значило дать ему карт-бланш на собственное убийство. Не разбить – в принципе так-то тоже, но более отдаленно. Впрочем, не было смысла делить шкуру неубитого Учихи.
Может Мадара и был избранным и настоящим Мудрецом Шести Путей, и идти против него было настоящим преступлением против будущего, Нагато собирался взаимодействоваться с тем безумным Учихой, с которым они хотя бы безумие делили. Если даже оно шло от одного корня.
Он поднял взгляд на Обито.
- Значит наша первейшая задача вытащить тебя как можно скорее. Остальное – вторично. В идеале, конечно, проверить действительно ли Зецу играет в свою игру. Но даже если мы узнаем, мы вряд ли его остановим. Конечно, есть всегда вариант не дать конкретно ему или его людям получить Учиху Мадару под Эдо Тенсей, но он более рискованный, чем я готов, - тут он говорил больше с собой, а потом переключился на Обито. Прищурился. – Я не вижу того, что связывает тебя. Тут, видимо, не помощник даже Риннеган. Однако я могу попробовать глубокую сенсорику. Это сработает? – он поймал взгляд Обито и чуть прищурился. Выражение лица у того ему не особенно понравлось.
Нагато подумал о том, что они в одной ловушке – Учиха привык скрываться в маске, он – за телами. Обито не был ему другом, верно. И их отношения далеки были даже от доверия. Но… он дал ему цель в жизни. Он вернул его к самой жизни, пусть и не самими мягкими и адекватными методами. Неважно, зачем это было ему самому – он это сделал. Если бы не он, Нагато остался бы… слабым. Не способным ни на что.
Они могли быть не согласны. Они и были не согласны. Нагато знал, что не позволит ему погрузить мир в иллюзию… даже если эта иллюзия все исправит и изменит людей. Уничтожит насилие…
Или позволит? В любом случае, сейчас они все равно не решат это. Никогда не смогут решить, пока не окажутся со всеми хвостатыми и статуей Гедо.
Нагато всмотрелся в чужой шаринган. Если его жизнь встанет на кон – пусть так. Он уже рискнул ею. Уже не раз рискнул.

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.