Гуничи. Старый недобрый Гуничи. В своем пилигримаже Усаги старался уцепиться за любой слух о нем, но никак не мог понять, что именно двигало его бывшим господином.
Власть? Нет, нигде на карте не появилась новоявленная страна либо же случился переворот в старой, где тот бы нарек себя повелителем.
Деньги? Тоже мимо, сколько Миямото знал его, тот никогда не стремился к накоплению богатств, жил по вполне скромным меркам и не чурался жертвовать деньги на благотворительность.
Сила? Может быть, тот был любителем древних историй и различных артефактов. Также Гуничи много раз выражал свои мысли по поводу того, что самураи со своими идеалами "вымирают", и нужно было предпринимать меры для того, чтобы мир не был подчинен одним шиноби. Усаги предполагал, что в конце концов пассивность текущего руководства в итоге довела его, и он решил, в нарушение всех правил, законов и традиций действовать самостоятельно. Однако что-то подсказывало Миямото, что Гуничи пошел по неправильному пути, наверняка собираясь "модернизировать" пути самураев в том виде, как видел он, с добавлением каких-то богами забытых техник или артефактов, на которые он наткнулся и не понимал, что те были забыты и отринуты не зря. Что являлось ещё одной причиной остановить его.
Но, увы, у Усаги были лишь одни предположения. Гуничи растворился, и если ронину удавалось отыскать хоть кого-то из тех людей, что ушел вместе с ним, они или предпочитали унести секреты с собой в могилу, либо же попросту ничего не знали. Может, у него девушка умерла и он хотел её воскресить, поэтому предал всё и вся? Банально, конечно...
Как бы то ни было, рассказы о некоем самурае со знакомым именем Кико привели Миямото сюда, в Страну Горячих Источников. Слухи рассказывали об умелом управленце, что соответствовало воспоминаниям Усаги о нем, а также об умелом обращении мечом, - однако расхождения начались, когда люди говорили о длине клинка, указывая, что тот был в человеческий рост. Кто-то говорил, что это брехня, но опытный воин сразу понимал, что речь шла о нодати, вполне традиционном оружии самураев, но редко используемом в настоящее время по одной причине - это было оружие против конницы. И сейчас, на пороге нового тысячелетия, когда шиноби и самураи предпочитают бегать на своих двоих, нодати могут использовать лишь разбойники, дабы грабить карававны, - но в чем смысл использовать дорогой, тяжелый и не самый удобный в неопытных руках меч, когда можно было обойтись обычным копьем или нагинатой?
Впрочем, Кико всегда был показушником. Поэтому Миямото не удивится, если тот решил выпендриться, и носится с этой железкой, чтобы кричать всем и вся о том, какой же он "крутой", наверняка даже с каким-нибудь оруженосцем, чтобы тот помогал его вынимать из ножен.
- Яре-яре.
Туманное утро было туманным, но раз уж Усаги забрел в эту Страну Горячих Источников, то было не грех искупаться хоть в одном из них, поэтому в этом была некая романтика - сидеть в горячей воде и наблюдать за белесой дымкой, сгустившейся вокруг тебя. Однако вскоре нужно было вылезать прочь и идти искать Кико...
Нет, он подождет ещё пять минуточек.

Подпись автора

Пять минут растянулись в десять, а потом и в пятнадцать. Усаги особо не считал время, решив про себя, что засобирается прочь, пока его не начнут выгонять, - и оставалось надеяться, что Гуничи там не осуществляет какой-нибудь world-ending план, и время у нашего самурая ограниченно. Просто порой хотелось просто сидеть в горячей воде, не будучи обремененным всеми заботами, и позволять себе роскошь ничего не решать. К тому же в голову стукнула ностальгия о детстве, о старых купальнях в стране Железа, где вода была не такой горячей, зато воздух — сухим и колючим. Здесь же всё было мягче. Даже туман.
Может, как закончит со своим квестом, то обоснуется здесь? Будет учить искусству меча, а потом отмокать,
Впрочем, Усаги уже собирался вылезать — честно собирался, — когда краем глаза уловил движение у противоположного края купели. Кто-то вошёл в воду. Не спеша, уверенно, по грудь. Мужчина. Что было логично, как-никак Усаги был в мужской купальне, а не в общей, - в женскую он бы не полез, потому что с гормонами
и желаниями умел справляться, и кровь из носа при виде сосков противоположного пола у него не била.Возвращаясь же к мужчине, то тот был молодой, с ленцой в движениях и с той самой улыбкой, которую самурай видел тысячи раз: улыбкой человека, который знает, что нравится людям, и пользуется этим без зазрения совести. Красавчик. Нагловатый. Из тех, кто заговаривает зубы девицам на ресепшене и не считает это чем-то зазорным. Впрочем, какого-либо предубеждения или неприязни к такому поведению не имел, пока оно оставалось в рамках приличия и не доставляло дискомфорт окружающим.
- Соглашусь. Пока что у неё уверенная позиция в моем списке мест, где провести свою старость,
Усаги поддержал разговор, прекрасно понимая, что шиноби - да, опытный взгляд отличит шиноби от самурая или простолюдина по одному виду того, как человек держит себя, - что-то хотел от него. Возможно, он пришел сюда убить Миямото, за все те добрые дела, что тот уже успел совершить, - но оказался с честью (и глупым), чтобы попытаться утопить его в этой купальне на равных, без оружия, чтобы потом бахвалиться об этом. Возможно, парень, хоть и был из тех, что ссут девушкам в уши, предпочитал крепкие руки на своей талии, и пришел сюда сорвать джекпот. Возможно, Усаги просто параноит, но вы прекрасно знаете, что причины у него на то были.
- Миямото Усаги. Что-то мне подсказывает, что вас также, как и меня, неслучайно ноги привели в эту деревню, - самурай потянулся в воде, разминая плечи и щелкая костями, на всякий случай готовясь... к чему-то. Активным действиям, - Может, вы - любитель мечей, и также, как и я, слышали о необычном оружии у местного управителя? Говорят, большой клинок у него. Но что-то я сомневаюсь, что он им умеет управляться.
Не то что Усаги. Определенно не то, что Усаги.

Подпись автора

Что-то подсказывало Усаги, что чем дольше он находился в своем паломничестве, тем больше судьба будет сводить его с людьми. Прав был тот, кто первым прошел свой musha shugyō, - ты никогда не будешь на нем одинок. Женщины. Мужчины. Животные. Шиноби, крестьяне, заморские «рыцари», торговцы и знатные люди. Друзья. Враги. Просто интересные люди.
Куда относить Монэ, Миямото ещё не знал, но надеялся, что не к врагам. Благо самурай вовремя упомянул про свои цели здесь, что заставило шиноби расслабиться, и до драки в бане дело не дошло. Плюс Усаги также узнал и кое-какие подробности, что только подкрепляло веру в то, что его дело будет праведным, - а для самурая крепость намеренностей не менее важна, чем крепости стали клинка или крепости руки, которая этот клинок держит.
- Или Кико не знал про то, что клинок краден, либо же тот действительно должен быть хорошим, если он предпочел закрыть глаза на это. Впрочем, он мог и убить вора.
Хотя какая разница, как попал нодати к нему, хоть птица галка ему на лоб нагадила и в её помете он нашел сей меч. если его участь так и так была заранее решена.
- Но меня его оружие не особо интересует. Однако я могу его добыть тебе, сразив Кико в поединке, - по традиции, я могу забрать оружие проигравшего и распоряжаться им как угодно, в том числе отдать  тебе. Однако…
Мияги сделал паузу, потянувшись в воде, чуть ли не распластываясь во весь свой огромный рост. Нужно было хорошенько прогреться перед предстоящими событиями. Если умирать — так чистым. Но если дело дойдет до боя, то придется потом сюда возвращаться и смывать кровь…
- Однако если мой бывший товарищ впал в бесчестие, то мне нужно будет, чтобы кто-то прикрыл мою спину. Не нужно сражаться со мной бок о бок, но вот предупреждать меня, откуда враг наносит удар, было бы неоспоримым преимуществом. Но ни в коем случае не лезть, когда я его сражу.
Мда, наверное, это в первый раз, когда он договаривался с кем-то о сотрудничестве, будучи нагишом. Но, эй, все когда-то происходит в первый раз, не так ли? Не в отхожем же месте на карачках, и то хорошо.
- Ты можешь иметь мое слово, Монэ-кун. Либо же мы можем договориться просто друг другу не мешать. Или же у тебя есть какое другое предложение?
Cамураи были про то, чтобы прорубиться к врагу напрямую. Шиноби были про то, чтобы знать все секретные проходы, вплоть через анус дьявола. И что бы там последние не думали про первых, самураи вполне могут воспользоваться методами ниндзя.

Подпись автора

- "Товарищ" - это, пожалуй, слишком громко сказано, Монэ-кун. Скорее, человек, с которым мы когда-то ели из одного котла и прикрывали друг другу спины. А потом он решил, что котёл слишком мал, а спина - недостаточно широка, чтобы делить её с кем-то ещё.
Усаги произнёс это без горечи, скорее с той усталой обречённостью, с какой говорят о погоде, которая испортилась не сегодня и не вчера, а так было испокон веков. Он не искал сочувствия, да и не нуждался в нём. Просто констатировал факты.
- Узнаю ли я его на улице? - самурай на мгновение задумался, глядя куда-то в сторону тумана, за пределы купели, - В лицо, может, и нет. Не сразу, уже прошло порядком времени. Не удивлюсь, если предатели решили поменять себе внешность, поскольку не могут больше спокойно смотреться в зеркало. Но если встречу его, мне достаточно будет глянуть на его язык тела, чтобы понять, кто передо мной будет. Поворот ноги, как держит спину, как хватается за клинок, - я помню всё это у всех них. Меня же тоже могут узнать, но больше по моей статной фигуре.
Ни с того ни с сего Усаги, решив, что уже порядком засиделся, решил подняться. Вода с шумом скатилась с широких плеч, обнажая старые шрамы - одни тонкие, как нити, другие широкие, как речные русла. Самурай, понятное дело, их не стыдился, наоборот, мог рассказать ту или иную историю по каждой из этих отметин, но тогда бы Кико окочурился от старости.
- Ладно, думаю, довольно разговоров. У нас есть дело, и нужно поспешить, пока вести обо мне не дошли до него. Ибо такие, как он, чувствуют приближение бури за версту, - чего-чего, а этого у него было не отнять.
Миямото шагнул к краю купели, подхватил с камня полотенце и небрежно перекинул его через плечо. Снаряжаться предстояло недолго, одежда, клинки да нехитрый мешок со всякими пожитками.
- Встретимся через четверть часа у южных ворот постоялого двора. Если к тому времени ты передумаешь, я не обижусь. Но коль придёшь, то приходи готовым к тому, что со мной придется играть не по вашим стандартным шинобским правилам.
Он не обернулся, чтобы посмотреть на реакцию Монэ. Просто пошёл прочь, уже предвкушая свое возвращение сюда. И теплое сакэ. Да, определенно нужно будет отпраздновать, если всё пройдет гладко, он это заслужит.

Подпись автора