29.01.999 - Фантомные боли

Страница: 1

Сообщений 1 страница 7 из 7

Поделиться12025-12-31 13:14:10

Автор: Pain
Звёзды скрыты в дождливую ночь
Зарегистрирован: 2025-11-05
Возраст, звание - ссылка на ЛД: 35 лет, бог
moderator
Уважение: +939
Сообщений: 3080

1. Название эпизода
Фантомные боли
2. Дата эпизода
29.01.999 (ночь)
3. Имена персонажей которые участвуют в эпизоде.
Пейн, Конан
4. Указание локаций в которых проходит эпизод.
Амегакуре, Башня Пейна, кабинет Пейна
5. Описание сюжета эпизода.
Конан приходит к своему другу и лидеру после их тяжелого разговора сутки назад. Пейн занят безопасностью деревни, внешней политикой, внутренним раздором в организации - всем, что помогает ему отвлечься от мысли, что Яхико - просто память о прошлом, а не вечное божество лучшего мира. Но он не одинок своем в отрицании действительности - много лет и Конан живет в той же иллюзии.

Подпись автора: В конце концов, мы все одной породы…
Природа человека заключается в постоянном сражении.

Поделиться22026-01-03 17:20:45

Автор: Konan
бумажные крылья
Зарегистрирован: 2025-12-19
Возраст, звание - ссылка на ЛД: 34 лет, Ангел
Уважение: +154
Сообщений: 497

По мере продвижения к самому верху башни, просторные лестничные пролёты поочерёдно сменялись, молчаливо показывая себя во всей красе - под раздражающее фоновое потрескивание неоновых ламп, и отдалённый вой ветра где-то снаружи. Даже при огромном желании, конкретно сегодня Конан не могла отличить один этаж от другого, не выходя при этом за пределы лестницы и не осматриваясь как следует, уже непосредственно там.

Но, полная идентичность широких бетонных ступеней, и внешняя однотипная скудность того первичного пространства, которое их окружало - были виновны в плохой ориентации женщины лишь отчасти. Она шла до омерзения медленно, как в бреду - монотонно переставляя ноги, и озираясь по сторонам лишь затем, что бы случайно не споткнуться и не упереться лбом в ближайшую стену.

Конан очень плохо на текущей момент понимала, что вообще здесь делает. И каков конечный пункт назначения у этого унылого, пешего марша, направленного в сторону верхних этажей резиденции. Точнее сказать, понимание у куноичи конечно в наличии имелось, но ясности происходящему не добавляло, поскольку ментально - она была не здесь, а совсем в другом месте и даже времени.

- Яхико больше нет, остался только Пейн...

Звучало в её сознании снова и снова - роковые слова то набирали силу, превращаясь в нечеловеческий рычащий крик, то ниспадали почти до шёпота - не смолкающего, полного горького яда, и сводящего с ума. Предыдущий разговор с лидером Акацки паровым катком прошёлся по основным триггерам женщины, закономерно погрузив её в клокочущий ад рефлексии и самобичевания, как минимум на ближайшие несколько дней.

Нагато стоило дать ей более одного дня на отдых, он этого не учёл. И почти наверняка, вынужден будет столкнуться с особыми последствиями - о чем ещё, впрочем, блаженно не догадывался. Как и о том, что для разума Конан существовало два полноценных мира, равных между собой в правах, в которых та существовала почти одновременно.

Первый мир - светлое прошлое, точнее преимущественно те фрагменты оного, какие казались ей наиболее приемлимыми, а второй мир - суровое настоящее, где единственным весомым поводом для радости выступал старый друг, и организация которую он возглавлял.

- Яхико больше нет...

Вновь прозвучало где-то в пучине её травмированного сознания. И женщина рефлекторно мотнула головой - как бы, отгоняя от себя нежелательные мысли прочь, надеясь скорее избавить от них и окончательно погрузится в прошлое, где Яхико жив и здоров. Это было нецелесообразно и глупо, но помогало экстренно справиться с болью, заглушить её в наиболее острой фазе. Ибо порой, боль бывает настолько невыносима, что проще сбежать и переждать самый пик - целее будешь.

Бетонная лестница змеилась, упираясь в резную крышу башни, как в естественный тупик. Надолго выбирая между дверью на чердак, и проходом в кабинет своего лидера - Конан уверенно шагнула в проход, стараясь как-то морально подсобраться, вернуться в реальность и не выглядеть разбитой.

Обширный луч искуственного света более мощных светильников, нежели в коридоре - беспощадно вырвал из полумрака высокий и стройный силуэт куноичи, как только та грациозно переступила через порог. Её узкое, слегка бледное лицо было привычно спокойным, как у игрока в покер, и внешне не выражало особо ярких эмоций. А ворот-стойка чёрного плаща с изображением алых облаков, был расстегнут немного сильнее, чем обычно. И где-то в районе шеи, ниже подрабодка, отчётливо виднелись красные следы от сильных мужских пальцев - явный признак того, что недавно её пытались душить.

- Я здесь, Нагато... я пришла, как ты и просил.

Поделиться32026-01-04 11:17:24

Автор: Pain
Звёзды скрыты в дождливую ночь
Зарегистрирован: 2025-11-05
Возраст, звание - ссылка на ЛД: 35 лет, бог
moderator
Уважение: +939
Сообщений: 3080

Если честно, Нагато предпочел бы малодушно не встречаться с Конан сегодня. Не после того, что он делал с телом Тендо этим утром… и с собой. И с другими телами тоже, но с Тендо… с Яхико… особенно.
На себя ему давно было наплевать, и он не собирался ничего с этим делать, хотя что-то шкрябало внутри подобно тому обломанному куройбо… теперь.
Что-то кололо будто бы под ребра, и он не был спокоен. Не было спокоен при работе – Нингендо, сидящий за тем же столом, что и Тендо, периодически поднимал глаза от свитков, чтобы убедиться – Яхико, несмотря ни на что, выглядел как обычно.
Чикушодо заканчивал с распределением миссий для шиноби Амегакуре, когда они все трое сначала увидели чакру Конан – а потом увидели ее саму. Путь Зверя сидел на диване – ему первому бросились в глаза следы их собственных пальцев на бледной коже. Все три тела синхронно отвели глаза на миг. Тендо встал из-за стола, менясь местами с Чикушодо, и подошел к подруге.
Всмотрелся в нее. Выглядела она… ужасно, если честно. Словно бы не спала вовсе.
Нагато замер, не в силах коснуться ее, и лишь указал жестом на край дивана. Часть его все равно была завалена свитками, он собрал все и свалил горой на и без того заваленный рабочий стол, который заняли другие тела. Он устал – устал настолько, что контролировать больше трех тел не представлялось возможным.
Он устал слишком сильно на самом деле – после того, что было утром он провалися на несколько часов в тревожный сон, будто бы вызванный болевым шоком, а потом поднял тела, что безвольно попадали все в том же кабинете, и вернулся к работе. Это было важно – зафиксировать знания, пока они свежи. Ему нужно было подумать над решениями в политике – он практически нащупал правильные варианты, но чем сильнее он думал об этом, тем сильнее хотелось все бросить.
Вообще все.
После визита в Коноху, после того, что он выяснил об Итачи, после встречи с Обито… Он чувствовал себя мушкой в паутине и никак не мог выбраться. Яхико не такой судьбы хотел для него – для всех них.
Но Яхико ничего не знал. И чем дольше Нагато копался во всем этом дерьме, тем сильнее ему казались неправильными и наивными их идеи. Идеи Обито – да и собственные, впрочем, тоже.
Он знал это состояние за собой.
Он боялся этого состояния, но у него не было ни единого шанса что-то с этим сделать. Быть может, потому он цеплялся за такого цельного и живого, пусть и невероятно ершистого Сасори – тот сейчас тоже потерялся. Нагато казалось, что если он позволит ему «найтись», поможет – он и сам сможет.
С Обито их объединяло общее желание сделать этот мир правильным – и общая ледяная уверенность в том, что никто больше не сможет справиться.
С Конан… их сшивала боль заживо.
Но они были мертвыми – и он, и она, и Яхико, что тенью навсегда остался между ними. Яхико, чье тело могло хранить тепло теперь только из-за чакры.
Нагато даже не мог почувствовать это тепло – это ведь была его чакра. Он ощущал ее как касание к самому себе.
Он чувствовал, как его постоянно трясет. Видимо, сказывалась перегрузка – ментальная, чакровая, физическая… Потеря крови. Да, наверное. Ему было уже все равно. Их цели не изменились. Изменились враги. Изменилась цена.
Нагато не знал, что с этим делать. И Конан…
Он коснулся ее щеки ладонью, обвел большим пальцем уголок губ – он помнил, так иногда делал Яхико, когда она хмурилась.
- Я распределил ресурсы наших шиноби. Нам нужно будет поставить новый барьер над деревней, пока я еще не придумал, какой конкретно, есть только пара наметок. Это займет достаточно времени, потому я усилил патрули вокруг деревни и границ страны. Вероятно, нас ждет много гостей, потому я сократил количество миссий вне деревни, туда сейчас отправятся только лучшие из лучших. У нас нет финансовых проблем, так что займемся экспортом некоторых технологий и оружия, давно придерживали. Мне не нравится, что нам приходится усилить безопасность страны за счет шиноби Амегакуре, но пока ничего с этим не сделать. Впрочем, это к лучшему – когда понадобится, они будут достаточно тренированы…
Нагато ловит взгляд Конан.
- Ты меня не слушаешь совсем. Ладно, - он провел большим пальцем меж ее бровей. – Распоряжения я в любом случае уже подготовил, так что ты просто посмотришь их позже. Там новые расписания патрулей, что делать с лазутчиками… В общем, тебе нужно будет довести это до людей. Они тебе верят и будут сражаться за своего ангела.

Подпись автора: В конце концов, мы все одной породы…
Природа человека заключается в постоянном сражении.

Поделиться42026-01-04 15:58:50

Автор: Konan
бумажные крылья
Зарегистрирован: 2025-12-19
Возраст, звание - ссылка на ЛД: 34 лет, Ангел
Уважение: +154
Сообщений: 497

Рабочий кабинет лидера Акацки, выглядел под стать владелецу - строго и величественно. В холодных тисках этих толстых немых стен, покрытых премиальными обоями тёмных оттенков, любая вошедшая извне личность, будто бы против воли испытывала внутреннюю трансформацию. Кабинет подавлял изысканным сочетанием богатства и простоты, вырывал из потока повседневных хлопот и проблем. А взамен, навязывал послушание, спокойствие и какую-то непонятную тихую мудрость, впопыхах взрощенную на основе концепции о тщетности бытия.

На сей раз, Пейн присутствовал здесь в виде сразу нескольких путей, каждый из которых занимался своим делом. Иногда они поспешно менялись местами - мёртвые куклы обладателя риннегана, имели полную взаимную заменяемость в вопросах обычных бытовых задач, не требующих прямой эксплуатации чакры. Впрочем, ходили вполне правдивые слухи о том, что они были взаимно заменимы вообще абсолютно во всём, и даже в ниндзюцу. Но всё же, какие-то вещи удобнее и целесообразнее не обобщать.

Точный отпечаток этого просторного помещения, почти без окон, и со спертым "пещерным" воздухом - застыл в желтоватом янтаре глаз Конан, когда та молча стояла и внимала, ожидая для себя дальнейших указаний. Там, на поверхности яркой радужки что левого её ока, что правого - мгновение остановилось. И просторный кожаный диван, и прочный деревянный стол, и три статных рыжих парня, погружённые в дела - всё застыло, словно в маленьком отражении женских глаз, время шло совсем иначе, и не поспевало за внешним миром.

И даже, если это было простой оптической иллюзией, причудливой игрой света и тени - время для куноичи и правда текло по-другому. Пока лидер Акацки мялся в раздумьях на тему того, как же начать разговор, женщина у себя в уме уже успела вновь пережить знакомство с Яхико. И первичное развитие их отношений, и основные приключения - всë в том же водовороте воспоминаний, обильно сдобренных грёзами.

- Не правда, я слушаю тебя внимательно...

Наконец, болезненно-мечтательную куноичи частично выдернули из скитаний по еë внутреннему миру, мягко но настойчиво пригласив сесть на диван. Она сразу послушалась, вот только, это была уже совсем другая Конан. Такая, для которой Яхико живее всех живых, и которая без колебаний пойдёт на всё, лишь бы находится рядом с ним.

- Безопасность Амегакуре, расписание нарядов для наших шиноби...

Неоновый свет здешних искуственных лимп, внезапно задумал новую игру с тенями - бесстыдно пользуясь ракурсом женщины, на удивление крайне удачным, для чего-то подобного. Левая сторона лица Конан почти не освещалась, оставаясь во тьме, а правая напротив - принимала на себя всю осветительную мощь неона. Прекрасный лик Ангела из Аме, покрытый столь необычной, импровизированной "маской", будто отсылающей к борьбе двух противоположностей, просиял безумием.

- Экспорт оружия, и что нужно делать с лазутчиками...

Женщина монотонно и бездумно, как говорящий попугай или скажем ворон, почти слово в слово повторяла то, что ранее говорил Пейн. Реальное понимание ситуации, с её стороны, вновь попадало под большие сомнения. И неудивительно, ведь её душа и правда разрывалась на куски от воинственного столкновения противоположностей. Рассудок боролся с сумасшествием, прошлое с будущим, а долг перед деревней с эгоистичными желаниями. И похоже, что бой шел далеко не в пользу рассудка.

- Это всё очень важно, но знаешь... есть кое-что намного важнее...

Куноичи повернулась к собеседнику ещё в пол оборота, оказавшись спиной к лампам и их свету, отчего тёмная сторона импровизированной "маски" полностью скрыла её лицо. Темнота не решалась поглощать целиком лишь янтарные глаза - они слегка отсвечивали в сумраке, словно были звериными, а не человеческими. Хотя, так могло просто казаться, из-за необычной атмосферы кабинета.

- Что ТЫ сделаешь со МНОЙ, Нагато...

Тонкие пальцы женщины обхватили металлический замок на вороте её длинного плаща, и крепко держась за него, она оперативно потянула молнию вниз, с харакрерным звуком расстегивая свой обыденный наряд почти полностью. И теперь уже не только её шея, со свежими следами удушения, оказалась на виду.

- Ударишь меня? Накричишь? А может, снова будешь душить, Яхико!?

Наконец-то, вещи были названы своими именами. Поначалу Конан ещё держалась - хоть и отдалённо, но всё же понимания то, что общается и взаимодействует именно с Нагато. Но, не теперь. Её активный внутренний конфликт скоротечно завершился, лишив куноичи мало-мальской трезвости мышления. И стерев границы между настоящим Яхико, и просто оживлённым и управляемым издалека, трупом.

Не слишком обильное освящение пока не давало возможности рассмотреть все прелести Бумажного Ангела целиком. Но, её тело было гибким, подтянутым и тренированным. Бюст не таким уж маленьким, а нижнее бельё - светло-синим, прямо под цвет волос. С порывом внезапности и дерзости, которого вряд ли кто-либо мог ожидать от неё в присутствии Пейна, женщина вцепилась в одеяние мёртвого Яхико на уровне груди. И с силой толкнув того на диван - таким образом, что бы парень растянулся на нём в лежачем положении, сразу после этого взобралась на него сверху, совсем не ангельским но звериным рывком.

- Ну давай, Яхико... бей меня, если хочешь. Давай! Я согласна и так!

Отредактировано Konan (2026-01-05 04:19:54)

Поделиться52026-01-07 05:27:43

Автор: Pain
Звёзды скрыты в дождливую ночь
Зарегистрирован: 2025-11-05
Возраст, звание - ссылка на ЛД: 35 лет, бог
moderator
Уважение: +939
Сообщений: 3080

Яхико…
Она зовёт его именем их мертвого друга вновь, она кричит на него практически - и Нагато холодно понимает насколько близок к тому, чтобы на самом деле ударить ее.
Она треплет имя Яхико словно оно ничего не стоит. Как Джирайя. Как Коноха.
Как весь мир будет трепать скоро. Как будто его кровь была на их руках.
Как будто они имею право.
Нагато чувствует холодную ярость, вызванную болью - естественная реакция, он привычно проглатывает ее, и не делает ничего.
Позволяет Конан толкнуть его на диван, позволяет ей все - ледяной и бесстрастный.
Но он не может поступить с ней действительно так плохо как должен - не может сделать это тело мертвым, не в силах прекратить имитировать биение сердца, дыхание. Не то чтобы он не может - но все же не может. Не может поступить так с Конан, несмотря ни на что.
Несмотря на то что на ее шее следы его хватки, несмотря на то, что она кричит и зовёт его именем Яхико.
Он опускает взгляд, а потом и вовсе закрывает глаза Тендо - видят два других тела.
Они видят со стороны, как она сидит поверх него, вжимает ладони в его грудь. Они возвращаются к бумагам.
Любое упоминание Яхико вызывает боль.
Он так и не сказал ей ни слова про то, почему именно решил двигаться к цели, почему именно решил что-то менять в их скорбном привычном укладе.
Не сказал ни слова, что вскрыл Яхико впервые за двадцать лет и обращался с ним как с обычным телом, улучшая передатчики.
Яхико...
Эта рана болела теперь будто в нее ударили снова - но гораздо более глухо и ощутимо, гораздо глубже. Но слабее.
Нет, не слабее. Иначе. Он не отрицал утрату больше. Свою вину.
Он... Скорбел.
По Яхико. По себе. По Конан. По миру, который у них мог бы быть.
А сейчас... У них было лишь это.
Это можно было назвать сотней слов, но половина была грубыми, а другая - и вовсе неверными. И подходящих все не находилось.
Он заставляет себя открыть глаза и взглянуть на Конан.
Он видит, как она тяжело дышит, как она подрагивает – то ли в истерике от непролитых слез, то ли от чего-то куда худшего. Нагато знает, что его обязанность – беречь ее. Его обещание Яхико – защищать, и он не смог. Он смог защитить Аме однажды, но теперь – сам поставил деревню под удар.
Он смог сберечь самого Яхико… тенью, для них двоих. Смог сделать его богом – смог сделать его лучше себя, отдал ему свою силу.
Но это было тупиком – потому что его силы не хватало.
Это было… Он знает, что это все – его вина. Его ошибки. И состояние Конан – тоже его вина. Абсолютно.
Нагато смотрит на нее абсолютно пустым безэмоциональным взглядом, но Риннеган не позволяет этого понять – никогда не позволял. Он кладет ладонь на живот Конан, проводит ладонью по пирсингу в нем. Это тоже чакропередатчики – потому он вливает собстенную чакру прямо в центр завихрения чужой, в этот раз совсем не плавно и нежно, а так, чтобы она ледяным осадком разошлась по чакросистеме, парализуя на мгновения.
- Конан. Успокойся. Я никогда не причиню тебе вреда, - он противоречит собственным словам, потому что это, должно быть, не самое приятное ощущение. Второй рукой он накрывает следы от собственных пальцев на чужом горле и поглаживает их, словно пытаясь скрыть от себя же. Он не испытывает жалости или вины – это пугает больше всего. Не за причиненную боль. За ошибки – да, он чувствует вину… Но больше – перед покойным Яхико, чем перед ней.
Он поднимает руку выше, накрывает ей ее глаза, чтобы она не видела его сейчас – ни Риннеган, ни его скорбь, ни чакроприемники в Яхико. Притягивает ее ближе, оставив в покое ее живот – и коротко касается губами лба, садясь.
Он знает, что ей нужно. Близость, любая – лишь бы не быть одной, лишь бы чувствовать Яхико. Ему все еще хочется ударить ее – или не чувствовать больше ничего в этом мире.
Никогда.
Он целует ее, хотя не хочет этого делать – и не чувствует этого практически. Так было бы, если бы он со стороны смотрел за тем, как Яхико целует ее. Он и смотрит.
Осторожно убирает цветок из ее волос, не отрываясь от губ.
- Не открывай глаза, - он шепчет ей в губы, зная, что задевает дыханием – потому что Тендо даже дышит по его команде, по его желанию. Сам Нагато дышать не хотел бы. Как и ощущать что-то.
Лучше бы она ударила. Или кричала, что он во всем виноват.