Пока у всей Конохи был траур, люди оплакивали погибших, разбирали завалы и уже начинали собирать новые кварталы и проводить ремонт коммуникаций, Рикен, который буквально перед нападением на Коноху вернулся с миссии ранга S и двух изнуряющих боёв, а после уже тут попал в новый — с самим лидером Акацуки, и даже помог с ликвидацией двух нападавших, — не получил заслуженный и честный отдых.
Определённо, он был на седьмом небе, когда Цунаде удостоила его поцелуем в лобик, но после начался кромешный ад. Для Рикена, по крайней мере.
До награждения он хоть как-то отвлекался от того, что сделал, помогая разбирать завалы и используя свой бьякуган для поиска выживших и тел погибших. Но после… после за него взялся клан.
Представитель второстепенной ветви, который ранее не показывал выдающихся результатов и всегда был посредственностью даже в среде джонинов, внезапно оказался одним из самых сильных бойцов клана. Самое ужасное для Рикена было то, что это даже не были слухи. Куча народу видела его скорость, когда он атаковал Тендо в той последней атаке.
И клан взялся за него всерьёз…
Первый день он буквально прятался дома, но это не сильно помогало, так как брат и отец буквально перемалывали ему косточки. Ох, сколько бранных слов в свой адрес он тогда услышал…
А затем, когда он рискнул выйти за пределы дома, его окружили представители стражи и отвели на приём к Хиаши и другим старейшинам клана… Рикен снова выслушивал лекции о долге, строгости, честности и ещё много о чём. Правда, ничерта не запоминал, так как находился в абсолютной прострации от происходящего.
Между прочим, он тоже знал некоторых погибших. Он тоже хотел горевать…
А ещё Саю, которая всё ещё находилась в госпитале, и неизвестно, когда её оттуда выпишут… Его это беспокоило, и Рикен проснулся совершенно поникший и лишённый сил. Моральных сил.
Так вот, выйдя из комнаты, он столкнулся с отцом, который передал ему длинный список новых требований и расписание его работы для клана на ближайшие дни. Рикен натурально схватился за волосы и чуть не взвыл от этого.
Он всю свою жизнь успешно избегал всех этих нудных, совершенно скучных мероприятий, и вот теперь победа над страшным врагом принесла ему не долгожданный отдых, а кучу головной боли, от которой было не скрыться и не убежать.
Одной из задач на сегодня было… что? Тренировка двух генинов… Только вот одна была, вероятно, даже слабее, чем Хината-сама, а другой… был потерянным представителем клана, которого достали из какой-то глуши. И ему было 27 лет. Генин в 27 лет.
— Кто это вообще?
Невольно спросил Рикен у отца, когда тот объяснял детали. Судя по всему, к парню даже приставили сопровождение. Потерянный в детстве нашёлся. При этом имея криминальное прошлое.
— Что он вообще делает в деревне? Зачем он нужен господину Хиаши? Это всё равно что пригреть змею на пороге.
Рикен невольно поморщился. Ему нужно было проверить его? Узнать мотивы? Обучать такого представителя клана было опасно, как и делиться секретами. Для чего тренировка?
Хьюга был отнюдь не мягкий клан. Он стал сильнейшим в деревне именно потому, что в нём присутствовали дисциплина и абсолютная вера. Рикен не разделял строгие взгляды клана, но был готов рисковать своей жизнью ради семьи и ради деревни. Все или почти все Хьюги воспитывались такими. Но этот Хосои…
Рикен шёл в тренировочный павильон, где располагалось татами. Его вид был уставший и поникший, и даже наличие двух девушек в месте назначения совершенно не трогало его эмоции сейчас. Ему вообще не хотелось ничего записывать, к тому же почти все женщины Хьюга были скучны до невозможности.
Он подошёл ко входу, скинул обувь и босым зашёл внутрь, окинув всех взглядом. Очень уставшим, скучающим и совершенно не заинтересованным взглядом.
— Похоже, все уже в сборе. Отлично, — заметил он лениво и, отойдя на пару шагов от входа, сел, затем завалился назад и растянулся на ровной поверхности тренировочной площадки, прикрывая глаза.
— Буду говорить начистоту. Раньше я этим не занимался, и мне вообще не интересно. Мне абсолютно нечему обучать вас. Ханами не показывала прогресса раньше, а значит, клановый подход бесполезен. Тебе нужно ходить на миссии с остальными генинами, набираться опыта и пытаться улучшаться самостоятельно.
Рикен немного повернул голову в ту сторону, где стояла ещё одна куноичи.
— Асахи… Почему ты в таком состоянии на тренировке вообще? Не порть свою красоту, иди в госпиталь и лечись. Или ты тут ради Ханами? Могу понять… она милашка…
И наконец… самый проблемный из всех. Джонин слегка приподнялся на локтях и взглянул ещё раз на Хосои.
— Зачем тебе это? Ну, в смысле, зачем обучаться? Ты ведь уже совершенно сформированная личность. Не думаю, что наш стиль тебе как-то подойдёт. Да и, признаться, я разделяю опасения клана в твоей лояльности.
Рикен сделал паузу, заглядывая ему прямо в глаза.
— Не пойми меня неправильно. Мне совершенно не нравится тот факт, что они заперли тебя тут, словно псину, посаженную на цепь, но это переходит границы. Получается, они не могут ликвидировать тебя, потому что новая политика Хиаши-самы запрещает это. С другой стороны, они не могут отпустить пробудившийся бьякуган в свободное плавание. И это решилось бы тайной операцией по твоей ликвидации или вырезанию твоих глаз, но теперь у нас нет подразделения, которое занималось бы подобным. Корень распущен.
Рикен постучал пальцем по татами, словно додумывая свою мысль.
— В общем… ты злой пёс, который будет кусаться при первой возможности, если не получит свободу, к которой так привык. И в такой постановке вопроса я не буду тебя учить вообще. Это контрпродуктивно для Конохи.
— Но, раз уж ты тут, покажи, на что способен, и, возможно, я поговорю с госпожой Цунаде о том, чтобы она загрузила тебя миссиями. Там ты познакомишься с людьми вне клана, и тебе будут достойно платить. Возможно, учитывая твоё прошлое, ты даже попадёшь в АНБУ.
— А главное, если ты будешь исправно работать на Коноху и докажешь свою лояльность, клан отвяжется от тебя и больше не будет так жестоко контролировать. Но для тебя и это не вариант, правда?
Рикен прищурился на мгновение и опять завалился на татами.
— В любом случае мне это не интересно. Поспаррингуйте немного. Покажите, что можете. А я пока отдохну. Вот что вы получаете, когда замечают вашу силу. Вы становитесь слишком востребованными и слишком уставшими.
— Джирайя-сенсей… теперь я в полной мере понимаю, почему вы ушли в странствие
