Мадара уже почти закончил собирать волосы, когда за спиной демонстративно загремели ключи, и в первый момент он даже не повернулся, потому что слишком хорошо знал Тобираму, чтобы не понять этот жалкий спектакль с полуслова: Белый Демон, разумеется, не собирался услужливо придерживать ему дверь, не внезапно вспомнил о хороших манерах и уж точно не решил сделать вид, будто приглашает Учиху выйти первым из собственного кабинета, - нет, он просто хотел закрыть эту проклятую комнату, желательно вместе со всеми бумагами внутри, и сейчас с таким старательным видом гремел связкой, будто собирался приковать к двери самого Мадару, если тот вдруг решит вернуться и разрушить еще хотя бы одну драгоценную стопку отчетов. Не доверял ему, тварь.
Мадара медленно затянул ленту, проверил, насколько крепко держится высокий хвост, и только после этого обернулся, скользнув взглядом сначала по ключам, потом по двери, затем по Тобираме, чья довольная ухмылка выглядела слишком очевидным приглашением сказать что-нибудь неприятное.
Отказываться от приглашения было невежливо.
- А я думал, ты просто здесь живешь и дверь никогда не закрываешь, чтобы отчеты ночью могли сами заползать внутрь и размножаться.
Он прошел мимо Тобирамы нарочно медленно, задержавшись в дверном проеме ровно настолько, чтобы помешать тому сразу закрыть кабинет, и заглянул обратно на завалы бумаги, которые действительно выглядели так, словно однажды просто поглотят Сенджу целиком, оставив наружу только белую макушку и пару особенно раздраженных красных глаз.
Картина была приятная. Почти умиротворяющая.
- Хотя нет, - Мадара задумчиво склонил голову. - Если бы они размножались сами, у тебя хотя бы было оправдание. А так ты это сам их. Потому и не женился, да?
Он наконец вышел в коридор и уступил Тобираме возможность запереть кабинет, после чего прислонился плечом к стене и совершенно беззастенчиво наблюдал, как тот возится с замком, будто собирался не закрыть обычную административную комнату, а запечатать особо опасного биджу. Намекал, мол, захочу, вскрою – и тебя, и комнату, недоверчивый ты ублюдок. Слова Тобирамы о том, что Хаширама вообще-то Хокаге и должен работать, тоже не прошли мимо него, хотя на первый взгляд он никак не отреагировал. Вот это было особенно забавно, потому что сказано вроде бы совершенно буднично, без жалоб, без прямого признания, без привычного раздраженного перечисления чужих обязанностей, но Мадара достаточно долго знал обоих братьев, чтобы услышать то, что Белый Глист благоразумно оставил при себе.
Хокаге должен работать. А не делать то, чем занимался последние недели, погруженный в жену настолько, что временами казалось, будто Коноху основали исключительно ради того, чтобы Хаширама получил безопасное место для семейной жизни.Мадара прищурился, наблюдая за Тобирамой.
- Смотри-ка, а звучишь почти обиженно.
Он оттолкнулся от стены, когда замок наконец щелкнул.
- Что такое, Сенджу? Старший брат бросил тебя один на один с государственным управлением, пока сам занимается выполнением демографического плана? А стал бы Хокаге я, ты бы сидел в своей норе и занимался… чем ты там занимаешься? Кроликов расчленяешь?.. Ты ведь сам хотел, чтобы он работал. Вот он и работает. Над будущим деревни.
Мадара сделал несколько шагов по коридору, не дожидаясь ответа, потому что если дать Тобираме достаточно времени на реплику, тот либо скажет что-нибудь скучно разумное, либо напомнит о том, что половина документов на его столе возникла благодаря инициативам самого Мадары, а такое развитие разговора было совершенно ни к чему. К тому же существовала более важная проблема.
Бегающий мокутонный сортир. Он сам до сих пор не до конца верил, что мысленно сформулировал именно так. Мадара нахмурился, и настроение сразу стало чуть менее веселым. Отчет был составлен людьми, которые явно боялись написать прямым текстом, что по деревне бегает оживший древесный толчок, и поэтому использовали формулировки вроде «мобильная структура хозяйственного назначения», «непредвиденная автономная реакция мокутонной техники» и «спонтанное образование растительных придатков». Мадара еще раз мысленно повторил последнее.Цветение мокутонных конструкций Хаширамы редко было просто декоративным. Иногда оно сопровождалось изменением свойств древесины, иногда появлялся запах, иногда пыльца, иногда еще какая-нибудь дрянь, которую сам Хаширама считал совершенно безобидной, потому что на него она, разумеется, не действовала.
- Нет, такое я пропустить не могу.
После чего Мадара шагнул вперед, уже собираясь двинуться туда, где в последний раз видели творение его лучшего друга, но почти сразу оглянулся.
- Интересно, Хаши будет оплакивать свое дитя?
[nick]Uchiha Madara[/nick][status]учихи детям не игрушки[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001a/12/f3/67/40225.jpg[/icon][sign]Я просто эмоциональный[/sign][info]26, глава клана[/info]
- Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.