Нагато думал над вопросом Ламиноко дольше, чем ожидал. Воспоминаний оказалось слишком много, просто большинство из них относились к настолько далекому времени, что сейчас казались почти чужими.
- Да, - наконец ответил он. - Когда был моложе – постоянно, - он чуть склонил голову набок, рассматривая собственную ладонь.- Причем я довольно долго был ужасен именно в тактической части боя, - уголок его губ дрогнул. От Нагато, который сейчас мог одновременно управлять шестью телами, отслеживать поле боя с нескольких точек и перестраивать тактику почти мгновенно, признание звучало почти неправдоподобно. Но он говорил совершенно серьезно.
- Я куда хуже понимал собственные возможности. Иногда вообще узнавал о них в тот момент, когда они уже срабатывали, - Нагато раскрыл ладонь, чакра отозвалась мгновенно и по руке пробежала дрожь. Структура руки начала перестраиваться, будто под кожей что-то сдвинулось и заняло другое положение. Из кончиков пальцев вытянулись темные острые когти — очень похожие на те, что только что показала Ламиноко. Только никакого металла, оплетающего кисть.
Они буквально продолжали его пальцы. Нагато повертел рукой.
- Сейчас я об этом даже не думаю много, это как раз уже рефлекс, - коготь скользнул по поверхности стола, не касаясь дерева достаточно сильно, чтобы оставить след. Он посмотрел на Некояму. - Но это не появилось сразу, это навык, - Нагато чуть усмехнулся. - Когда я только пытался разобраться, что вообще умею, результаты бывали… неожиданными.
Иногда катастрофическими. Он положил измененную руку на стол и несколько секунд рассматривал рядом собственные когти и металлические когти Ламиноко, и позволяя ей посмотреть и потрогать, если захочет.
- Думаю, в моем случае большая часть того, что ты называешь автоматизмом, просто отточена до уровня, когда сознательное решение занимает слишком мало времени, - он коснулся указательным пальцем виска. - Многие мои техники требуют очень точного понимания результата, дело даже не в чакре.
Когти втянулись, практически сразу без перехода в ладони возник черный металл. И невольно вспомнил холодный металл между собой и Ламиноко.
- Вот это, например, иное дело, - он перехватил куройбо и покрутил его между пальцами. - Если мне нужно убить тело - рука уже сделает все раньше, чем я закончу формулировать мысль. Но все-таки не совсем так, как у тебя, - Риннеган поднялся к Ламиноко. Нагато посмотрел на место на ее груди, к которому тогда почти прижималось острие. – Если бы это был полный автоматизм… я бы не остановился, - он произнес это спокойно.
Сознание все-таки существовало между намерением и результатом. Пусть иногда промежуток между ними измерялся долями секунды. Нагато позволил куройбо втянуться назад.
- То, что ты описываешь, похоже скорее на очень глубокую моторную программу. Ты видишь положение тела, дистанцию, открытые точки — и даже не формулируешь, что именно увидела. Сразу получаешь готовое движение, - он едва заметно улыбнулся. – Впечатляет. С оружием я далеко не так хорош. Было... и иное.
Он задумался, вспоминая время, когда глаза были скорее пугающим неизвестным, чем продолжением его самого.
- Мы тогда были детьми. Совсем. Даже не уровня генинов. Наверное, что-то вроде первого года академии.
Нагато смотрел куда-то чуть в сторону.
- На нас напал чунин Ивы. Я не успел ничего придумать. Даже испугаться толком не успел. Мой друг… пострадал. Я не думал и даже не понимал, что делаю. Гравитация вообще довольно простая вещь, если не заботиться о последствиях. Тело человека довольно хрупкое. Не нужно понимать, как убить, чтобы швырнуть человека о землю сильнее, чем выдерживают позвоночник и внутренние органы, - он посмотрел на Ламиноко.- Я понял, что убил его, уже после. Так что… для нас все же ситуация немного отличается в степени того, что может произойти автоматически. Как ни крути, у тебя это потрясающе отточенный навык. У меня… сочетание, - он усмехнулся коротко. Очень глубокая синхронизация, позволяющая Некояме считывать намерение раньше, чем само намерение поднималось в сознание Ламиноко.
Потом Ламиноко все же решила ответить на его вопрос, и Нагато внимательно слушал ее безо всякого выражения лица.
Логика была очевидной. Слишком очевидной. И именно поэтому Нагато не понравилось, насколько легко из нее складывался единственный вывод. Он слишком давно занимался тайнами, ложью, двойными агентами и людьми, которых считали погибшими, чтобы приравнивать отсутствие тела к доказанной смерти.
Тем более когда речь шла о Данзо. Но говорить это сейчас? Надежда без оснований иногда была жесточе уверенности в потере. К тому же существовала и другая вероятность, которую Нагато пока тем более не собирался озвучивать.
Яшико мог действительно быть другом. А мог изначально находиться рядом с Ламиноко именно потому, что Данзо хотел, чтобы рядом с ней кто-то находился. Он не собирался бросать подобное предположение ей в лицо на основании одной истории. Поэтому Нагато только кивнул.
- В такой ситуации это наиболее вероятный вывод.
Потом снова протянул руку к Ламиноко и его пальцы нашли ее ладонь и переплелись с ее пальцами. Нагато не собирался утешать ее.
- Если когда-нибудь захочешь узнать точно, можно попробовать выяснить.
Нагато посмотрел на нее несколько секунд. Холод в лице Ламиноко все еще оставался. Он уже понимал: не нужно его растапливать силой. Иногда это была единственная защита, которой человек умел пользоваться достаточно хорошо.
Он осторожно провел большим пальцем по ее коже. Сам же через пару секунд заметил возле миски Ламиноко палочки. Практически нетронутая еда тоже никуда не исчезла. Он отпустил ее руку только затем, чтобы взять палочки и вложить обратно между ее пальцев. После чего аккуратно сомкнул ее кисть вокруг них.
- Кушай. Продолжение тренировки будет только после того, как ты нормально поешь.
Нагато взял собственную миску с супом.
-  И да, это злоупотребление властью лидера Акацуки. Жалобу можешь подать мне же.
Он наконец сделал глоток бульона и довольно прищурился.

Подпись автора

Вражда неизбежно несет страх и боль обоим сторонам.